Отзывы о книге Пьесы

На испещрённом вязкими морщинами, залитом густой небесной лавой, асфальте нью-орлеанской глубинки, сквозь узкую молнию трещины, воздевает к кипящему палачу тонкий стебель белая ночная лилия. Да, это - Бланш Дюбуа. И нет ошибки в том, что искалечены хрупкие лепестки на солёных ветрах пустынного города - удел иллюзий жесток. На выжженной почве не расцветут вновь ночные лилии, выдернутые из искристой влаги подлунного рая.

Наверное, излишне хаотичное вступление многим покажется необоснованным метафорическим выхлопом. Но, прикоснувшись к струнам творчества Теннесси Уильямса, я почти физически испытала эмоциональный спектр впечатлений. Ведь здесь треугольник авансцены так умело подсвечен автором с трёх положений, что каждая точка находится в узком луче мерцания собственной сути. Чуть ближе к зрителю - крошечная Стелла. Маленькая звёздочка, тусклым мотыльком примкнувшая к сладостному источнику пламени страсти. Ветер судеб вскружил её безрассудную голову, лениво опустошая сердце. Непростительное предательство скользким узлом свяжет её пустую душу. Но разве будет болеть фантомная душа?

Стэнли, под ярким дулом софитного круга, устремляет мрачный взор вызова сквозь светлый поток смысла. Живой продукт порока превосходства. Мнимый божок зеркального олимпа. Сколько тестостерона впрыснула судьба в полый мешок его тела! Его комплексы следуют за ним тенями, куда не беги. Бравада взрывает его извилины в попытке избавиться от бессознательной сегрегации медведя-"полячка" в постели белой леди... Хмельная пляска клавиш синего пианино вторит безумным трелям права силы. Последние заглушают все звуки...

И Бланш. Белая тень, венчающая странную геометрию чувств. Оболочка, сброшенная вихрем жизни с беззащитной души. Уже отцвела... А цвела ли? Она - притязания на лайковые перчатки на тонких кистях, на палевую камею в жёстких завитках волос, на восхищение пронзительных глаз, на благородное признание тонкой рифмы эмоций... Мечтательница, фантазёрка Бланш, наивно искала себя в других. Но лик смотрящего таит только смущённая гладь отражения. В погоне за Красотой и Чувством, под бременем Жизни, опутав голую душу канатом иллюзии, нежный стебель Бланш сочно трещит, облетают обожжённые ветром лепестки, иссыхают воздетые листья... Да, она грешна. Да, она инфантильна. Да, она запуталась в буре эпох, между аристократическим вздохом и дыханием новой демократической Америки. Нет благодатной росистой почвы для мятущейся души ночной Blanche лилии. Потеряна для мира, в иллюзиях, она потеряла себя.

Одна из самых знаменитых американских пьес воплотила откровение единой личности среди драмы нового американского общества. Великолепным слогом Теннесси Уильямс очертил строчки сердечных следов для читателя. Произведение многогранно воздействует на воображение: автор рифмует тональности всех органов чувств. Объемными барельефами проступают застывшие образы героев на фоне жаркой панорамы Нью-Орлеана. Одни ищут гармонию и, спотыкаясь, падают в разврат Желания. Другие - в угаре Желания находят мнимую гармонию. Грани между воздушной душой и бренным телом заметает песками времён... Тем более болезненно трогательной становится история героини. В истерических визгах безумного мира умолкнет её тело... Но кто услышит немой крик души? Ночная лилия обречена.

…Объявляю Теннесси Уильямса своим любимым иностранным драматургом. Его пьесы необыкновенно психологичны, в каждой есть яркая жизнь, страсть и ложечка безумия, этакий коктейль с добавлением экзотического сока и красного перца. «Кошка на раскаленной крыше», прочитанная ранее, оставила неизгладимый след в моем сердце, а теперь меня тронула «Ночь игуаны» – вещь тонкая, неоднозначная, со сложными характерами и большими переживаниями.

Все герои пьесы немного (или много?) не в себе. Любовь к истерике тут проявляют все, за исключением разве что Ханны. В некоторые моменты она кажется единственным адекватным человеком в этой компании. https://u.livelib.ru/reader/ShiDa/r/lh7c0o5y/lh7c0o5y-r.jpg"> Маленьким отелем в мексиканской глуши управляет грубая молодая хозяйка Мэксин. В «мертвый» сезон в ее отель заявляется ее старый друг и любовник Шеннон. А с ним приезжает толпа нервозных женщин (он – их экскурсовод), которые очень недовольны этим местом – номера отвратительные, кормят дрянью, обслуживание на нуле. Из-за неудовольствия туристов Шеннон рискует потерять работу, но ему, в общем-то, все равно, сам он подумывает о возвращении в лоно церкви (много лет назад был священником, но потом его изгнали за прелюбодеяние и богохульные речи). Мэксин обожает Шеннона и умоляет его остаться, ей же так одиноко после смерти мужа. Но Шеннон влюбляется в другую постоялицу – «старую деву» Ханну, художницу, что путешествует с дедушкой-поэтом по миру, перебиваясь случайными заработками. Ханна готова ответить Шеннону взаимностью, но ее постоянно что-то останавливает – то желание угодить хозяйке, то беспокойство за дедушку. А может, собственный страх?..

«Ночь игуаны» чем-то напоминает творения Достоевского… наверное, истеричностью повествования. Больше всех на героя Ф.М. тянет Шеннон с его религиозными размышлениями, страстями Свидригайлова и мазохизмом какого-то из братьев Карамазовых. Больше остальных его жалко – и не жалко. Персонаж необычной искренности и открытости. Персонаж глупейших пороков. Персонаж, полюбившийся мне своей сложностью. Очень понимаю Ханну, которая умудрилась им увлечься меньше чем за сутки. Окажись я на ее месте, тоже бы прониклась столь интересным… буйным и странным характером.

Что касается Ханны, то Уильямс ее словно бы списывал с меня. Мне аж страшно стало за свою жизнь. Кажется, неглупая девушка, талантливая, а какой хороший психолог, какая искусная манипуляторша, причем манипуляторша словно бы неосознанная, а посмотришь сначала – какая милая барышня, какая тактичная, как умеет нравиться! Но главное ее качество, очень близкое мне, – умение выживать, и все благодаря способности сливаться с местностью. Она далеко не так проста и невинна, как может показаться. Если нужно, она может искусно притвориться, и так притворится, что сама поверит. Не умей она этого, давно бы уже была мертва или что похуже.

Главная проблема Ханны (а именно она в пьесе – та самая игуана из названия) – это ее страх. Страх не справиться с собственными чувствами и оказаться их рабой. Поэтому она не может ответить Шеннону, хотя влюбляется в него. Он всерьез предлагает ей новую жизнь, лучшую, но ей проще отказаться, проще быть одной. В нужный момент она излишне рациональна, не может решиться на поступок, который, как она сама знает, все исправит. И вот этот страх решительного поступка – вот прям мое. И мне как-то не по себе при мысли, что в самый важный момент в жизни я могу так же струсить и махнуть на все рукой. Как Ханна. Она могла начать новую жизнь, но осознанно упустила свой шанс. Возможно, единственный шанс. https://u.livelib.ru/reader/ShiDa/r/aw8nu3oh/aw8nu3oh-r.jpg"> Мне остается только назвать Теннесси Уильямса гением и уйти в закат в поисках ответа, как побороть свой страх положительных изменений. Ханна, за что же ты такая дурная? Отчего ты не можешь решиться? Ты же не самый глупый и не самый слабовольный человек на планете. Эх, Ханна, Ханна…

Важно помнить, что самый безумный поступок может оказаться самым разумным в твоей жизни.

Эта пьеса вызвала массу эмоций и ворох мыслей и я не уверена, что смогу их всех внятно изложить. Но попробую. Это вторая пьеса автора, которую я прочитала - год назад была уже "И вдруг минувшем летом", которая сильно зацепила, но и изрядно напугала, вызвала отвращение, так что оценка у неё получилась самая нейтральная. Здесь по другому, высокая оценка связана с тем, что эта пьеса смогла вызвать внутреннюю дрожь. Хотя я очень не люблю тему наследственно-денежных конфликтов родственников, в том числе и в реальной жизни. Благо меня это минуло, но даже узнавая такое от знакомых, я не могу воспринимать спокойно. Но вот пьеса в том числе и о дележе наследства, причем очень даже ярко, но цепляет и как-то так, что впечатление положительное. Наверно, во многом дело в том, как автор рассказывает, какие у него живые персонажи. Они все не очень-то приятны, но их можно понять. Они словно ежики, у которых иголки растут не только наружу, но и внутрь, и при каждом сближении они причиняют боль себе и другим. Я могу понять и брата, который всю жизнь завидует младшему, откровенно более любимому родителями. Это вызывает ревность, и какой в таких условиях вырастает человек? И что первично - характер или условия, в которых растет ребенок? И есть ли выход из замкнутого круга: отношение родителей вызывает негативные эмоции, проявление которых ухудшает отношение к тебе близких? А жена, ревнующая к через чур близким отношениям с другом. А попытка сбежать от боли и вины в алкоголизм. А неверие в честность чувств к тебе близких, вызывающее грубость. А откровенность причиняющая еще большую боль. Но оценка не максимальная, потому что год назад я прочитала еще и пьесу "Дальше - тишина", поднимающая одну общую тему - отношения родственников разных поколений. И та пьеса перетряхнула меня еще более основательно. В этом вообще особенность пьес, которые за ограниченный отрывок времени должны дать столько же, если не больше, чем полноценный роман. Поэтому они словно сконцентрированный раствор, вытравливающий в металле души глубокие борозды. По идее рассказы должны действовать так же, но не вспомню настолько сильного впечатления от рассказов, как от многих пьес... Кроме одного, который я упорно пытаюсь забыть уже лет шесть и зачем-то опять вспомнила, вот же гадство!

Стелла и Стэнли - молодая пара, ждущая ребенка. Они живут, как и многие их соседи. Денег не очень много, но они любят друг друга, хоть и вышли из разных социальных слоев. Стэнли малообразован, красив и груб, иногда может и руку поднять на любимую, зато потом искренне раскаивается и вымаливает прощение. А Стелла так же искренне его прощает и не делает из этого трагедии. Многим такая жизнь непонятна, но кто-то так и живет. Их устраивает. Замечательную фразу произносит Стелла: Все мы нуждаемся в снисходительности. На голову женатой молодой паре неожиданно сваливается сестра жены Бланш. Она в шоке и действительно переживает за Стеллу. Но вот только сама в глубокой яме, куда свалилась по собственной вине, потеряв поместье, дом, все, что имела. Кстати, имущество было общее с сестрой. Бланш просто жила не задумываясь, исполняя все свои прихоти и гордясь тем, что красива. Стэнли не возражает против того, что Бланш оказалась на их шее. Но вот только Бланш не успокаивается и, разрушив уже свою жизнь, лезет в чужую. Стелла пытается останавливать сестру в ее рвении все изменить, но куда там. Бланш твердо знает, как нельзя жить. Только вот она не знает и того, как можно. Но ведет себя по-королевски. А сама продолжает метаться. Ох, эта Бланш. Распутница, лгунья, но не умеет задумываться и остановить себя в своем порхании по жизни. Все ищет, к кому бы прислониться, да только вот никому она не нужна. Получись у нее что-то с Митчем, ведь испортила бы ему жизнь, я в этом уверена. И жаль ее в то же время. Митчу, наверное, хуже всех. Вряд ли он забудет. Хороший парень, но не для такой женщины. Как точно сказал Стэнли про Бланш, что вот прилетела, насыпала пудры... Почему-то не поднимается рука бросить в Стэнли камень за то, что он натворил с ней, видать, насыпанная пудра виновата... Жили люди, пусть и неправильно с нашей точки зрения, но ведь жили и были по-своему счастливы. Уж этот Теннесси Уильямс, все у него неоднозначно, все сложно, перепутано, черное от белого не отличить. Впрочем, в жизни так бывает очень часто. .

У Теннесси Уильямса самые лучшие пьесы – о личном несчастии. Особенно – о женском несчастии. И при этом они же, замечательные женщины, показаны у него полнее, сильными персонажами, которые в состоянии вынести свой несчастливый «крест» – в отличие от мужчин.

В «Кошке на раскаленной крыше» есть этот же гендерный перекос. Казалось бы, мужчины в этой пьесе тоже мучаются. Но они слабее своих женщин. Они больше боятся смерти. Они убегают от собственной боли в алкогольное забытье. На их фоне, сломанных и отчаявшихся, именно женщины выглядят хозяйками положения; именно их, женское, слово оказывается бесповоротным. https://u.livelib.ru/reader/ShiDa/r/eu3gu641/eu3gu641-r.jpg"> Сюжет прост и понятен, и неважно, в каком уголке земного шара развиваются события. Вот нам показывают богатый Юг середины 20 века. Смертельно заболел обеспеченный плантатор – рак четвертой степени. Вылечить его невозможно. Врачи обманывают его: дескать, не рак у него, а просто кишечные колики (чтобы меньше волновался, все равно же не спасти). Но все домашние в курсе: нужно уже готовиться к похоронам.

В борьбу за наследство вступают два сына плантатора и их жены. Первая семья (Гупер и Мэй) – нелюбимая у богача, но зато плодовитая и счастливая; вторая (Брик и Мэгги) – любимая, но бездетная и несчастливая.

Брак Мэгги и Брика – это пытка для обоих. Давняя ошибка и ревность разрушили их отношения. Мэгги обожает своего мужа и мечтает родить от него, Брик же живет с ней из обреченности… и просто потому, что у него нет силы воли, чтобы от нее уйти. Брик спивается. Мэгги чувствует, что ему нужна помощь, но ничего не может сделать. А тут еще и болезнь старого плантатора. Брик, хоть и любимый сын, может не получить наследство из-за своего пьянства. Его брат Гупер на его фоне выглядит лучше, уж он-то сможет, в отличие от Брика, управлять плантацией. И Мэгги – упрямой «кошке» Мэгги – не остается ничего иного, как бежать за уходящим поездом, пытаясь запрыгнуть в последний вагон. Все – только бы не лишиться любимого мужа и состояния его семьи. Именно она – «кошка на раскаленной крыше», которой лучше бы отказаться от бессмысленной борьбы за любовь и счастье… все равно же ничего не сделаешь, нельзя исправить прошлое, нельзя заставить человека любить и уважать тебя. Но Мэгги борется вопреки всему. Из упрямства. Из страха снова оказаться нищей. Из страха остаться в одиночестве.

Мэгги – идеальная «кошка». Как бы ни трепала ее жизнь, она справится, выдержит. Этим она похожа на Скарлетт из «Унесенных ветром». Скарлетт не понимала, как можно жить без денег, – и Мэгги не понимает. Скарлетт искренне верила, что сможет вернуть Ретта, хотя тот ясно ей сказал, что любовь прошла. И Мэгги такова: ей легче пустить свою жизнь под откос, потратить лучшие годы своей жизни на бесплотные усилия – все лучше, чем отказаться от мужчины, который ее разлюбил.

У Уильямса в пьесе все максимально пессимистично. Не только Мэгги и Брик не понимают себя и друг друга. Остальные герои пьесы тоже запутались в отношениях. Они не любят и не уважают. Ими движут расчет, подлость, упрямство, похоть и страх. Каждый обманут. Каждый обречен на несчастье. Может быть, раньше эти отцы и матери, сыновья и дочери любили друг друга. Но теперь эта любовь либо испарилась вовсе, либо ушла так глубоко, что ее не рассмотреть. А может, и не было ее, любви этой. Оттого и дети повторяют ошибки своих родителей. https://u.livelib.ru/reader/ShiDa/r/b2khj288/b2khj288-r.jpg"> Как итог: пьеса прекраснейшая, тонкая и трагичная. Лучше, конечно, смотреть, а не читать, благо на ютубе есть отличная постановка театра Маяковского от 1989 г.

Пьесы часто смотрят и осмысляют только на театральных подмостках, но нужно понимать, что при чтении мы можем прочувствовать всю тонкую задумку автора. Любая постановка не от создателя пьесы откладывает свои оттенки смыслов, поэтому и стоит прочитать изначальную задумку. Работа Уильямса обзавелась не только хорошими постановками в театрах, но и великолепной экранизацией 52 года. Но что нового внесла работа писателя и как она стала популярной?

Стоит сказать, что точек зрения на главный смысл пьесы было огромное множество. Сама история выглядит незамысловатой и логичной. Красивая, но увядающая, Дюбуа Бланш приезжает в маленькую квартирку своей сестры Стеллы. У неё проблемы с деньгами и с алкоголем (что мы узнаём в самом начале). Она врёт всем подряд, скрывает правду, чем не нравится мужу сестры - Стэну. Когда "вертихвостка" и вовсе охмуряет его слабохарактерного друга Митча, то он бросается искать на неё хоть какую-то информацию. А затем уже начинается основной конфликт повествования, где на женскую долю снова падают все тяготы "новой" жизни. Подробности стоит оставить тем, кто заинтересуется творением.

Пьесу выделили именно благодаря ремаркам, которые вставил автор. Уильямс хотел, чтобы постановки в театрах отображали всю суть произведения, поэтому описывает музыку, цвета, тени, всё до мельчайших подробностей. Это и было его новаторством. Пока "новые авангардисты" во Франции создавали театр абсурда, он стремился вернуться к классическому стилю, но с новыми деталями. Так в его произведении постоянно играет музыка эпохи ("синее пианино"), а полька становится тонким приёмом психологизма. Время дня обыгрывается новыми красками, заполняя сцену и создавая нужные эмоции.

На волне популярности Фрэйдизма, возникли и необычные трактовки "Трамвая...". Так, Стэн становился то мужским началом, то внутренним альтер эго, то кем либо ещё, в зависимости от ваших предпочтений в психологии. А анализов Дюбуа наберётся на увесистый сборник. Но, как говорил автор в интервью: "Дюбуая это искусительница, что заставляла меня продолжать писать пьесу". Таким образом, можно вспомнить известную цитату Флобера: "Госпожа Бовари - это я". Да и Дюбуа с Бовари очень схожи, на самом деле. Автор невольно выплеснул на бумагу свои же пороки, по сути, занимаясь личной психотерапией. Его героиня оживает внутри и просится на бумагу. О чём он, кстати, и говорит в интервью журналу (!) "PlayBoy" (да, это не опечатка). Именно мужской журнал на заре своей популярности берёт интервью у автора драмы, в которой описывается несчастная судьба женщин середины 20 века. Так выходит, что некоторых привлекла фигура Стэна, как нового рабочего человека. Он невежда и грубиян, но преданно следует цели и выгоде. Именно такие короли жизни возникли в послевоенное время. Наверное, именно они и читали мужские журналы, поэтому драма для них выглядела иначе. А интеллигенция осталась неудел и сама поддалась влиянию времени. Интервью, на самом деле, интересное, и его стоит почитать.

В своих работах Уильямс часто работает над собой, создавая героев со своими чертами характера. Сам он говорил, что сошёл бы с ума, если бы не писал ничего. Писателям для того и дарован дар высокого искусства. Они чувствуют себя неуютно в обществе, даже лишними. А несколько часов наедине с листком бумаги и ручкой заставляли их выплёскивать эмоции и продолжать радоваться каждому дню. Никогда не знаешь, какую гениальную вещь ты напишешь завтра.

Как всегда у Теннесси Уильямса, депрессивно и безнадежно, и нет никакого света в конце тоннеля. В город приезжают стареющая актриса Александра дель Лаго, еще звезда, но уже почти погасшая, и ее то ли компаньон, то ли любовник на содержании Чанс Уэйн. Идея приехать сюда принадлежит Чансу, с юности влюбленному в дочь мэра города Хэвенли. Все сложилось бы, возможно, счастливым образом, если бы в свое время отец Хэвенли оставил бы влюбленных в покое. Но ведь Чанс никак не мог стать достойным зятем политического воротилы. И поехал молодой красавец доказывать, что он чего-то стоит. А кому он был нужен в чужих местах, не имеющий ничего, кроме смазливой внешности? Актера из него не получилось, хорошего человека тоже. Мать его умерла в одиночестве и была похоронена за счет церковной общины. Девушка тоже несчастна и неприкаянна. В каком-то судорожном порыве Чанс является в город, который его не ждет, не желает видеть и презирает. Тщетными оказываются попытки Чанса пустить горожанам пыль в глаза, прикинуться преуспевающим и благополучным. Но желание начать все сначала и увезти с собой любимую лишает его остатков благоразумия. У него еще есть возможность уехать и спастись. Но он остается. Занавес.