Цитаты из книги Рассказы

Излишней вдумчивостью мы усложняем работу мысли и ослабляем ее.

"За недостатком обыкновенных средств, аналитик анатомирует мысли своего противника и часто внезапно находит единственное средство - иногда до глупости простое - втянуть его в ошибку или неверный расчёт."

«Смерть, — думал я, — любая смерть, только бы не в колодце!»

Свободен! И в тисках инквизиции! (...). Свободен! Я всего лишь избегнул одной смертной муки ради другой муки, горшей, быть может, чем сама смерть.

Чрезвычайно странная фигура на одном из них приковала мое внимание. Это была Смерть, как обыкновенно ее изображают, но только вместо косы в руке она держала то, что при беглом взгляде показалось мне рисованным маятником, как на старинных часах.

Мне мучительно хотелось оглядеться, но я не решался. Я боялся своего первого взгляда.

Подобно тому,как атлет гордится своей силой и ловкостью и находит удовольствие в упражнениях,так аналитик радуется любой возможности что-то прояснить или распутать.

Однако же я утверждаю, что недоверчивость наша по большей части (а несчастливость, по словам , Лабрюйера, всегда) "vient de ne pouvoir etre seui" "Происходит оттого, что человек не может быть наедине с собой (фр.)."

Я нервный — очень даже нервный, просто до ужаса, таким уж уродился; но как можно называть меня сумасшедшим? От болезни чувства мои только обострились — они вовсе не ослабели, не притупились. И в особенности — тонкость слуха. Я слышал все, что совершалось на небе и на земле. Я слышал многое, что совершалось в аду. Какой я после этого сумасшедший? Слушайте же!

Затем мое внимание привлекли строки в «Гадине» — журнале, знаменитом своей прямотой и свободой… полной свободой: льстить и раболепствовать перед теми, кто дает званые обеды

Результат моих опытов с древними книгами убедил меня, во-первых, в том, что «честность — лучшая политика» и, во-вторых, что если мне не удалось написать стихи удачнее мистера Данте, обоих слепцов и других представителей допотопной литературной братии, то хуже их писать невозможно.

Да, он был навеки, навеки мертв. Я приложил руку к его груди, против сердца, и держал так долгие минуты. Сердце не билось. Он был навеки мертв. Его глаз больше не потревожит меня.

Кто внимательно наблюдает, тот отчетливо и помнит

Трансцендентный – здесь интуитивный. Термин идеалистической философии, обозначающий то, что лежит за пределами опыта.

Однако, как не раз показывал прошлый опыт и как всегда покажет истинная философия, значительная, если не подавляющая, часть истины раскрывается через обстоятельства, на первый взгляд совершенно посторонние.

Если они кое-чего и достигают, то исключительно усердием и трудом. Там же, где этих качеств недостаточно, усилия их терпят крах.

Была ночь, и пошел дождь, и в воздухе, когда он падал, он был водой, но, упав на землю, становился кровью.

"Бывают минуты, когда даже для трезвого рассудка наш печальный человеческий мир становится адом. Но воображение человека не может безнаказанно спускаться в такие бездны. Увы! Мрачные ужасы могилы существуют не в одном воображении. Но, подобно демонам, в обществе которых Афразиаб спустился по Оксусу, они должны спать, иначе они растерзают нас; а мы не должны тревожить их сна - иначе мы погибли"

Глаза его блестели от выпитого вина, бубенчики звенели.