Отзывы о книге Потерянный горизонт

Перед нами не только роман, подаривший нам топоним Шангри-Ла, но и участник списка "Сто лучших книг фэнтези". Не того спорного недавнего перечня Times, а трушно-хардкорного списка Муркока и Которна! Ну что сказать, и мэтры, бывает, ошибаются. Что в этом романе есть — желание бежать от мира в некую идиллию. Многословно и практически бессюжетно. Безусловное достижение автора — чёткое предсказание Второй Мировой за несколько лет до её начала. И да, роман крайне английский. Сюжет незамысловат: четыре человека западной цивилизации (монахиня, американец-авантюрист и два английских джентельмена, лет сорока и лет двадцати с небольшим) попадают в затерянную в горах Тибета долину, где расположен ламаистский монастырь Шангри-Ла. По тому, что "Шангри-Ла" — это название известного яркого и суетного казино, у Вас может сложиться превратное впечатление о быте обители. Шангрила-Ла в романе — оплот умеренности, умиротворения и неспешности. Той умеренности, про которую сказано — "Но поелику ты теплъ, а не горячь и не холоденъ, то изблюю тебя изъ устъ Моихъ." Целью лам (на самом деле выходцев из западного мира) является сохранение достижений цивилизации, которая, по их мнению, будет непременно уничтожена в горниле будущей войны. И это странным образом отсылает нас к задумке Основания/Фонда/Академии Азимова. Уверен, Айзек читал крайне популярный в то время "Потерянный горизонт". Людям, скучающим по отпуску, крайне не рекомендуется! Захочется, как мне, всё бросить, и пойти искать дорогу к Шангрила-Ла. Все в один голос твердят, что это приключенческая повесть. Ну, я бы так не сказал. Это не Дюма, не Жюль Верн и даже не Сакс Ромер. Динамики минимум. Вещь крайне компактная, читается быстро. 6(НЕПЛОХО) https://s.livelib.ru/img/stars2/r60-x-gray.png"> Очень похоже на описание в романе

Сказка. Западная сказка об идеальном уголке, где можно спрятаться от мира и обрести покой и просветление. Когда я брала эту книгу, то надеялась на большее. Ну, как минимум, на то, что это будет попытка понять иную философию, другую религию, образ жизни. У Моэма это хорошо получалось. Хилтон же - это о другом. Это о переносе мечты в легенду. Почему Тибет? Почему буддистские ламы? Почему далекие, почти неприступные горы? Ну, а как вы хотели, нечто чистое и светлое, дарящее радость, безмятежность и счастье, может существовать исключительно в землях заброшенных, труднодоступных, чтобы не лезли туда всякие в больших количествах со своей цивилизацией и прогрессом. Думается мне, что писатели не просто так обращались к созданию разных нетронутых западным человеком миров; люди просто устало от перемен, катаклизмов, войн, потрясений, всевозможных кризисов, вот и искали, где бы спрятаться, а не находя - выдумывали.

Вот и существует теперь где-то в вымышленной вселенной монастырь, где правит мудрость и справедливость, где время замедляется, где человек перестает стареть и может, наконец, сбежав от суеты, предаться созерцанию и направить свой разум на постижение более глубоких и глобальных вещей, чем дела сиюминутные. На сохранение знаний и благ, собранных и созданных человеком, в эпоху, когда мир катится в пропасть.

Рассказ ведётся от третьего лица, да ещё и не напрямую, а через письмо другу. Составлен рассказ с чужих слов. Эту историю рассказал старый знакомый и однокашник рассказчика, который долгое время считался пропавшим без вести. Рассказчик случайно находит его в одном из госпиталей, раненного и потерявшего память и забирает с собой, надеясь доставить до родного дома. Но в один прекрасный момент, а именно при прослушивании музыки, память возвращается к Конвэю, он "исповедуется" бывшему другу, а затем снова исчезает. Куда? Понятное дело, он явно стремится вновь в Шангри Ла, откуда был вынужден уйти, чтобы сопроводить в нелегком пути своего младшего подчиненного, что так и не смог проникнуться идеями и атмосферой загадочного монастыря. Загадочно? Несомненно.

Красиво. Чудесная, пусть и наивная идея. Очень понятная мечта о мире без войн и тягот существования. Прекрасная утопия о недостижимом, что подчеркивается фигурой персонажа Барнарда - мошенника, что и в столь благословенном месте не потерял своей хватки, начав строить планы насчет обогащения в долине. С другой стороны сестра Христова, что так увлеклась изучением языков..

А с другой стороны история скучна и слишком много вопросов осталось. Я - не идеалист и не мечтатель. Ок, создал Джеймс Хилтон свою мечту, свою обитель покоя и сохранения знаний. И еда в разнообразии там есть, и удобства все (да, канализация и ванные комнаты), и даже пианина рояль. При этом обслуги мы практически не видим. Один загадочный Чанг кругами бродит рядом постоянно и где-то сидят просветленные ламы. Конвэя в ламы? Возглавить монастырь? Понятно, что время для достижения нужной степени просветления всем требуется своё, но...

Идея понятна, она благородна и прекрасна. Но, увы, предельно утопична. Однако самое забавное, что после прочтения где-то в голове всё же поселилась мысль о том, что было бы крайне здорово, если такое заповедное место действительно существовало. И пусть туда допускалась бы только горстка избранных, горящих идеей сохранения знаний, смотрящих далеко вперед, живущих будущим. Зато они бы смогли сберечь хоть что-то, когда мы взорвем этот мир к чертям собачьим из-за своих амбиций, споров, попытках доказать, что одни лучше, одни выше других, в неуемном стремлении к обогащению и т.д., и т.п.

Мифическая страна Шамбала, расположенная где-то в Тибете, уже не один век будоражит человеческое воображение. Вот и Джеймс Хилтон не остался в стороне от этого и придумал свой вариант этого волшебного места – ламаистский монастырь Шангри-Ла, находящийся в столь труднодоступном районе, что лишь немногие случайные путники способны туда добраться. Роман написан в 1933 году и для своего времени, наверное, был интересным и захватывающим, но у меня мир, созданный автором, вызвал больше недоумения, чем восхищения.

В книге почти нет сюжета. Четверо европейцев попадают в Шангри-ла на угнанном самолете, а дальше, служители монастыря знакомят одного из них с историей аббатства и его особенностями. Здесь время замедляет свой ход, здесь нет места человеческим порокам, сюда не долетают отголоски войн и других катаклизмов, разрушающих человеческую цивилизацию. Это отдельный обособленный мир, живущий по своим духовным законам. И в моей голове, этот мир, такой, каким его пытается представить автор, совершенно не соответствует тому миру, что я вижу, читая этот роман. В нем нет никакой аутентичности, этот ламаистский монастырь очень напоминает какое-нибудь европейское заведение, монахи тут свободно говорят на английском, пользуются всеми удобствами цивилизации, слушают игру на рояле, тут даже книги есть все, изданные за последние полгода. С одной стороны, автор раз за разом не устает повторять, в каком удаленном и недоступном месте находится монастырь, а с другой – его связь с внешним миром настолько тесная, что вся эта недоступность и удаленность весьма условны и появление здесь наших горемык-европейцев – хорошее тому подтверждение.

Мне понравилась сама идея замедления времени, дающая человеку определенные преимущества, но и налагающая на него одно большое ограничение. Понравилось, как автор обрамил повествование – мы имеем дело не с самим героем, побывавшем в Шангри-ла, а с его старыми друзьями, пытающимися разобраться, что же на самом деле произошло, что в рассказе их друга – правда, а что – вымысел, это добавляет повествованию некий налет таинственности. Сама же Шангри-ла меня совсем не впечатлила, слишком много тут несуразностей, идея хорошая, а вот реализация мне не понравилась.

Удивительно, что этот некогда очень популярный роман сейчас не слишком известен. При этом вымышленное место, прообраз рая на земле, Шангри-Ла используется достаточно широко. В Минске, например, есть казино с таким названием, при этом прочитав книгу, могу сказать, что название для игорного заведения неподходящее.

Эта книга была издана в 1933 году, события происходят на историческом фоне тех лет, но удивительным образом отголоски отзываются и сегодня. 4 совсем разных человека оказываются в угнанном самолёте и попадают в некий тибетский монастырь Шангри-Ла, в котором попавшие сюда люди стареют гораздо медленнее, чем за пределами этого волшебного места, где есть всё, что нужно для комфортной жизни, вот только главное условие - жить здесь, отказавшись от привычного круга и соблюдая принципы умеренности... Что выберут наши герои?

В принципе, неплохой роман, но сегодня он кажется скучноватым.

Слушала в исполнении Леонтины Броцкой. Время 7 часов 19 минут.

Не знаю, как других, а меня иногда тянет прочитать что-то, написанное не сегодня, оперирующее реалиями прошлого, изложенное в уже непривычной неспешной литературной стилистике, апеллирующее к почти позабытым представлениям и заблуждениям. Поэтому очень здорово, что время от времени на моём читательском горизонте появляются такие бестселлеры утраченного времени.

Книга представляет собой почти оксфордский интеллигентный синтез из приключений, вечных загадок, философско-религиозных разговоров, размышлений о судьбах мира и предназначении человека – так, как они виделись из далекого 1933-го года. Её герои попадают в тибетский монастырь Шангри-Ла, весь уклад жизни которого воплощает как веками желанные, так и недостижимые человечеством совершенство, благоразумную волю (умеренность), покой и гармонию.

Шангри-Ла, Шамбала – скрытое в тибетских горах мистическое место, в котором возможно достижение истины, просветления, где царят мудрость, благоденствие, равновесие золотого сечения. Там душа пребывает в состоянии, близком к единению с Божественным, и способна выходить за собственные пределы, прорываться в неизвестные измерения времени-пространства. Казалось бы, всё это, воплощая вековые устремления человечества, так необычно и прекрасно, а главное – так достижимо, близко, что вот, бери, оно твоё прямо здесь-и-сейчас. Но… нужно ли оно отдельному человеку? Действительно ли человек жаждет вечной жизни, абсолютной истины? Способен ли он отказаться от собственных, пусть ничтожных с точки зрения вечности, целей и желаний? Предпочтет ли он простые земные радости отстраненной созерцательности жизни? Захочет ли он пожертвовать индивидуальной свободой во имя высокой духовности? Не является ли вообще личное смирение, укрощение собственных порывов недостижимым, да и ненужным? Может, как раз из таких порывов, по Бергсону, и рождается живая жизнь, возможность человека чувствовать себя живым? Да и сами смыслы и ценности пребывания в этом своеобразном «островке безопасности», удаленном от всего временного, мирского и суетного, представляется сомнительной личной доблестью: пусть где-то там-и-тогда бушуют войны, борются идеологии, рождаются новые технологии… мы же где-то тут-и-сейчас, пользуясь созданными другими благами цивилизации, не будем ни в чем участвовать, созерцая вечность-бесконечность и медитируя на красивый гималайский закат. Наверное, такая жизненная стратегия просто не для всех, и уж тем более не для европейцев, угодивших в ловушку Шангри-Ла.

И если в начале книги эти вопросы лишь слегка мерцают в происходящем с героями, то очень остро они встают в центральной сцене «передачи» Шангри-Ла из рук Верховного Ламы (и одновременно застывшего во времени, как насекомое в янтаре, отца Перро) в руки Конвэя (к слову сказать, очень немотивированной: постигая вечность, он, по всей видимости, не дал себе труда глубоко понять двойственную натуру Конвэя, больше готовую размышлять, чем действовать). Не случайно самого Конвэя бросает из одной крайности в другую: он то хочет остаться и находит в предложении Перро свое предназначение, то не чувствует в себе подлинной тяги к погружению в вечность и мудрость.

Наверное, пусть даже недолговременное существование вне остального человечества способно изменить человеческую сущность, поэтому все действующие лица этой истории меняются. Собственно, они изначально поставлены автором в разные точки своей шкалы земного-вечного. Так, Мэлинсон воплощает собой земную жизнь: он молод, помолвлен, нацелен на карьеру и намерен взять от жизни всё. Вопросы абстрактной вечности и вечной мудрости, личного подвижничества и внутреннего подвига от него далеки, как Британия от Тибета – он рвется из этой духовной обители назад, к человеческим страстям и достижениям. Барнард рационален, предприимчив и, как рыба ищет, где глубже, ищет, где ему будет лучше, - так почему бы и не в кажущемся ему наивным «здесь», где есть куда приложить собственные интересы и возможности? А там, глядишь, можно будет задуматься о чем-то другом, до поры-до времени не выдавая никому своих истинных авантюрных и разрушительных («после нас хоть потоп») устремлений? Он человек крайностей, и воспринимает случившееся как неожиданный счастливый случай, практически, кайрос, которым грех не воспользоваться. Мисс Бринклоу, всегда готовая к испытанию своих религиозных убеждений, тяготеет к осознанию собственной миссии как просветителя заблудшего тибетского народа, и ей вся эта ситуация даже на руку – когда ещё судьба подарит такой грандиозный шанс? Конвэй образован, умен и сам по себе склонен к философской созерцательности и схоластичности. Он изначально, до описываемых событий, шагал по самостоятельно избранному пути умеренности и прислушивался к зову трансцендентного в себе – ему-то и приходится труднее всего, для него в предложении Верховного Ламы больше всего соблазнов.

Но… жизнь берет своё. Богу – Богово, а человеку – человеческое. Так, наверное, бывает всегда. И после Д. Хилтона почему-то хочется перечитать Ф. Ницше. Ну, или хотя бы С. Булгакова.

Фильм Фрэнка Капры 1937 года настолько понравился, что стало интересно ознакомиться с первоисточником. Тот случай, когда фильм лучше книги, но, тем не менее, и книга лучше фильма. Спасаясь от беспорядков в Баскуле два британских дипломата, монахиня-миссионерка и американский авантюрист улетают, как они считают, в Пешавар. По пути обнаруживается, что их самолет захвачен каким-то безумным азиатом. Сначала они предполагают, что это дело рук обычных мошенников, заинтересованных в выкупе, но вскоре становится ясно - происходит нечто более загадочное. В неприступных тибетских горах самолет падает почти у порога легендарного ламаистского монастыря, известного как Шангри-Ла. Поначалу книга показалась бледноватой, не хватало динамики. Но приключенческая составляющая здесь не главная. Шангри-Ла - обитель умеренности, неспешности. Физически и духовно она отделена от негатива остального цивилизованного мира. Этот уголок не затронут ужасы войны, он всегда будет островком надежды, мира, духовного процветания. Там знают, что человечество будет спасено умеренной религией, безупречными манерами, гостеприимством, личным смирением и искусством. А не окажется ли этот рай адом? Ведь человек вынужден отказаться от своей свободы. Что предпочесть: идеальный мир, где возможности не ограничены временем или, всё-таки, реальную жизнь? Заключение истории удовлетворит и рационалистов и мечтателей. В эпилоге Хилтон лишь намекает на то, что могло произойти с главным героем, оставляя простор воображению читателя.

Перед нами пересказ фрагмента жизни одного человека, который попал в нестандартную ситуацию. А раз это пересказ, то стоит держать в голове, что услышанное/прочитанное в этой истории может быть недостоверным. Шангри-Ла... Для меня это место всегда ассоциируется с таинственностью, мистикой, приключениями и.. вечным источником жизни. Так представляют нам это место частенько в кинематографе. По странному стечению обстоятельств компания из разношёрстных европейцев оказывается в самолёте, который оказывает угнанным и совершает экстренную посадку в красивейших горах. Тут-то они и попадают в таинственную Шамбалу и знакомятся с местными жителями. Перед героями возникнут моральные выборы. Да в принципе и читателем тоже. Происходящее в этом месте можно трактовать по-разному. В силу своей веры (я имею ввиду тут не только религию) жители верят в определенные вещи и предлагают нашим путешественникам также этим проникнуться. Я бы сказала, что финал тут открытый, так как автор не даёт своей точки зрения. А значит уже за нами, читателями, решение, как всё это трактовать. Обычно в книгах мне не нравятся такие финалы, которые потом нужно додумывать самому. Но тут же это очень гармонично.

Странная книга. Вроде бы с претензией на глубину, а вроде бы и ни о чём.

Четверо западных людей оказываются (как будто случайно, но на самом деле нет) в горах Тибета, в уединенном монастыре. Всё там окутано тайной, которую главный герой постепенно познаёт. До последних строк остаётся непонятным, реальность это всё или у ГГ поехала крыша.

В целом идея понятна: это мечта об островке спокойствия в этом безумном-безумном мире, познании себя, поиска смысла жизни. Но эта мечта подана настолько просто, буквально в лоб, что совершенно не тронула. Тайны какие-то не интригующие, поступки героев не всегда понятные.

Пафоса не хватает, что ли. Наверное, с такой темой он не помешал бы.

Роман Джеймса Хилтона вполне мог быть написан как в 1960, так и в 1999, а еще и в 2015 году, до того современные мысли в нем высказаны. Каково же было мое удивление, что первая публикация состоялась в 1933 году. Не меньше меня поразило то, что имя автора не на слуху, книга не числится бестселлером, да и на livelib у нее невысокий рейтинг.

Насчет жанра достаточно трудно остановиться на одном: если в начале это детектив, то далее он переходит скорее в разряд мистики или легкого триллера. В любом случае, меня заворожила атмосфера таинственности, высокой культуры, немного теории заговора, и конечно же, горной местности. Действие происходит в горах Тибета, и легко представить себе идеальную вершину выдуманного Каракала, сверкающего, как Голубая луна, а еще воздух, и покой, и дыхание вечности.

Среди этого оказываются люди - обитатели долины и местного монастыря, а еще те, кто станут невольными нарушителями покоя. Автором подобраны контрастные, якобы случайные персонажи: строгая миссионерка, весельчак-американец, молодой англичанин и представитель консульства Конвэй. Как они действуют в кризисной ситуации, как проносят основные ценности, как действуют - любопытно наблюдать за развитием характеров.

У меня остался привкус загадочности и много вопросов, которых и ожидаешь от качественной мистики. Потерянный горизонт - в буквальном смысле - за непроходимыми горами не увидишь края света, а в переносном - что потеряли мы в вечной человеческой гонке? Вся история обрамлена в разговор между знакомыми Конвэя, один из которых решил выпустить ее в качестве литературного произведения, как говорится в самом начале.

Для меня стало большим сюрпризом, что знаменитая Шангри-Ла как метафора замкнутого или потустороннего мира была придумана именно Джеймсом Хилтоном, и было приятно обратиться к нему как к первоисточнику. Конечно, не он изобрел индуизм, но концепцию эту адаптировал и популяризировал, что ставит его в ряд с лучшими фантастами начала 20 века.