Цитаты из книги Джанки. Письма Яхе

"Они дергались кругом,как марионетки на невидимых ниточках,источая жуткую энергию,само отрицание всего живущего и непосредственного.Давным-давно живое человеческое бытие улетучилось из этих тел...Но что-то вошло в них,когда первородный жилец удалился."

Хреновое самочувствие снимает либо укол, либо время.

Можно конечно спросить: "А почему вы вообще пробовали наркотики? Почему вы продолжали употреблять их достаточно долго для того, чтобы стать наркоманом?" К наркотикам привыкаешь, потому что в других сферах деятельности нет особо сильных желаний, привязок, стимулов, нет мотивации. Джанк заполняет собой пустоты.

Кайф джанка – жизнь по его законам. И избежать ломки можно с той же вероятностью, как и проехать мимо кайфа после укола.

Другие пациенты являли собой довольно унылую дубовую публику. Ни одного джанки. Единственным человеком в палате, просекавшим фишку был алкоголик...

Главный кайф джанка в том, что ты вынужден, просто обязан его потреблять. У джанки своё время, свой обмен веществ – метаболизм, по-научному. Они адаптируются к своему климату, джанк и греет, и охлаждает.

Когда перестаешь расти, начинаешь умирать.

Ты не можешь контактировать с государственным гражданским служащим на уровне интуиции и сопереживания. У него даже нет принимающего устройства, и он глохнет, как обесточенный аккумулятор. Должно быть, есть особая низкая частота мозговых волн государственной службы.

Пуэрто-Легуисомо назван так в честь солдата, который отличился во время Перуанской войны в 1940 году. Я спросил об этом одного из колумбийцев и он кивнул: «Да, Легуисомо был солдатом, который что-то сделал на этой войне». -  Что он сделал? -  Ну, он сделал что-то.

Ломка – обратная сторона кайфа.

Ничто не истинно. Всё дозволено.

-...лоза...ты её жуешь, и все твои зубы выпадают. -Прямо-таки находка для практических шуток над друзьями, -заметил я.

При ломке любое возможное действие или бездействие кажется невыносимым.

чем выше в горы, тем уродливее местные жители

Для человека, который на каждом своём шагу возводит сам для себя искуственные преграды, нет иного пути, кроме постепенной деградации.

Одна агрессивная маленькая лесбиянка дергала меня за волосы всякий раз, когда замечала. Так бы и вмазал ей сейчас по роже, но, к сожалению, опоздал – давным давно она свалилась с лошади и сломала себе шею.

И уличное освещение отражается в переднем окне фасада ЖД станции в воде небольшого порта, вспененной винтом парохода во мраке любой забытой легендарной Цивилизации Вечности: с часами ЖД станции, пробившими полночь, как будто бы сейчас, и ожидая шести, чтобы написать какое-то слово, и коней последнего колокольного перезвона — помни, что эти двенадцать ударов пробили раньше и никогда не пробьют снова; оба

Южная Америка не заставляет людей быть извращенцами. Ты можешь быть пидором или наркоманом и сохранять прежнее положение. Особенно если ты образован и обладаешь хорошими манерами. Здесь глубоко уважают образование. В США ты должен быть извращенцем или существовать в безотрадной скучище. Даже такой человек, как Оппенгеймер — извращенец, которого терпят за его полезность. Не сделаю ошиби, если скажу, что все интеллектуалы в США извращенцы.