Цитаты из книги Пьесы. Проза. Письма

Церемониймейстер. Какой ужас! Все насмарку. Жаркое подгорает. Поздравления скисают. Крахмальные воротнички обвисли, как свиные уши. У крестьян снова отрастают бороды и ногти. У солдат развились локоны. Из двенадцати девственниц не осталось ни одной, которая не предпочла бы горизонтальное положение вертикальному.

Леонс (мечтательно, про себя). О, каждый путь далек. Смерть отсчитывает секунды в нашей груди, каждая капля крови отмеряет время, и вся жизнь — медленная агония. Для усталых ног каждый путь слишком долог. Лена. И для усталых глаз каждый свет слишком резок, и для усталых губ каждый вздох слишком тяжел (улыбаясь), и для усталого слуха каждое слово — лишнее.

Хорошая погода, господин капитан. Видите, небо-то какое — серое, плотное, просто кра-сота; так и хочется вбить в него крюк да повеситься

Нет, Войцек, я не сержусь: сердить¬ся вредно и для здоровья и для науки. Я спокоен, совер¬шенно спокоен; пульс у меня шестьдесят, как обычпо, и я говорю с тобой вполне хладнокровно! Избави бог!

Да, это не скотина безмозглая, это — личность, это — человек, это — животный человек, — и все же скотина, тварь.

А я стану министром и издам декрет, что каждый, у кого на руках мозоли, обязан находиться под опекой; что тот, кто работает до упаду, является уголовным преступником; что всякий, кто похваляется тем, что в поте лица своего ест хлеб свой, объявляется безумным и социально опасным; и потом все мы будем лежать в холодке и молить бога ниспослать нам макароны, арбузы и фиги, а также музыкальные глотки, классические телеса и комфортабельную религию.

Леонс (подходя к нему). Сейчас получишь и в бровь и в глаз. Валерио убегает, Леонс спотыкается и падает. Валерио. Нет, ваш аргумент не так уж силен — он едва держится на ногах, существование каковых, впрочем, тоже еще требует аргументированного доказательства. Это в высшей степени маловероятные икры и весьма проблематичные ляжки.

Но на смерть нет надежды. Смерть -только более простая, а жизнь - более сложная, более организованная форма гниения - вот и вся разница! И вся беда, что к этому способу гнить я привык; дьявол знает, привыкну ли я к другому.

Совесть — зеркало, перед которым мучаются обезьяны. Пусть каждый выряжается как умеет и ищет себе удовольствий по вкусу. Стоит ли из-за этого сразу вцепляться друг другу в волосы? Каждый вправе защищаться, когда другой портит ему удовольствие

Современного Адониса разрывает в клочья не вепрь, а свора сук; рана у него не на бедре, а в паху, и проливается из нее не кровь, а ртуть.

Не все ли равно, от чего получать удовольствие — от мужского тела, от иконы, от цветов или от игрушек? Чувство одно и то же. Кто больше наслаждается, тот чаще молится.

А когда мы бодрствуем — разве и это не есть сон, только светлее? Все мы лунатики, и наши дневные действия — тот же сон, просто более ясный и четкий.

(Робеспьер)