Цитаты из книги Під куполом

– Как я понимаю, ты выросла не в религиозной семье.
– Очень даже религиозной. Мы поклонялись Святой Троице: Санта-Клаусу, Пасхальному Кролику и Зубной Фее.

Главнокомандующий, который не может помочь своим гражданам, не стоит и кварты теплой мочи в холодном ночном горшке.

Смерть любимого проявляет себя во многом, но в любом случае это тяжелый труд.

Людям нравится встречаться, чтобы вознести молитву Богу и в хорошие времена, и в плохие.

Если видишь кучу лошадиного дерьма, значит, где-то рядом есть и пони.

Головная боль ушла, и он обнаружил, что может думать.

Глупость коллег упрощает человеку жизнь.

Городские политики знают мало, городские копы знают несколько больше, но только издатель местной газеты знает все.

Оглядывая место катастрофы, Ренни хмурился все сильнее. Слишком много зрителей. Впрочем, в таких случаях их всегда оказывалось слишком много: люди обожали кровь и разрушение.

Быстрее сорока миль в час ездят только слуги дьявола.

Невозможно обойтись без мелких неприятностей, если вокруг города внезапно возникает нечто, сравнимое с невидимой каменной стеной.

Как это на нее похоже – выдать напоследок такой отвратительный подарочек! Как это похоже на них всех! Женщины! Женщины и их плодильные фермы! Те же муравейники, покрытые волосами! А еще говорят, что все проблемы от мужчин!

«Может» – это пучина, в которую проваливались и более достойные люди.

В нашем мире, если хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, берись за дело сам.

Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня.

Если я не смогу найти дорогу, прожив в доме двенадцать лет, тогда я обезьяна.

Большинство людей слишком тупые, чтобы работать, и слишком трусливы, чтобы воровать.

И не один платит за грех одного, а многие. Ты не торопишься во гневе, но, когда приходит время, гнев Твой — буря, которая приминает пшеничное поле так, что ни один колосок больше не может подняться. Я посеял ветер и теперь жну бурю, не для одного, а для многих.

Герцог отодвинул его в сторону. Мягко, но недвусмысленно. Почти что оттолкнул. Пальцы Ренни сжались в кулаки, но тут же разжались. Жизнь свою он выстроил так, что по большей части толкал сам, не позволяя толкать его, но это нисколько не отменяло простой истины: кулаки — для идиотов. Примером тому его сын. Но оскорбления следовало помнить и заставлять за них расплачиваться. Обычно позже... и так получалось даже лучше.

Энджи лежала лицом вниз на полу среди магнитов с холодильника. Надпись на самом большом гласила: «ЧТО СЕГОДНЯ ПОПАДЕТ В РОТ, ЗАВТРА ПОЯВИТСЯ В ЗАДНИЦЕ»