В эту книгу я сбежала от гипер-романтичного произведения, которое пыталось заставить меня проникнуться всякими любовями и бытовыми радостями довольно насильно. А в ШНыре мне хорошо. В Шныре мне всегда хорошо. Там куча разного народа, вечная движуха, Москва нулевых, "магическая" школа и пеги-пеги-пеги! Так и хочется потрогать их за храп, прижаться к теплому конскому боку, вдохнуть этот запах... Если в первой книге знакомство вышло немного шапочным и пунктирным, то здесь уже начинается вся движуха. Если до этого из "новеньких" у нас была только Рина, то теперь к ней присоединяются еще 9 человек. Наверно, многовато, и пока что многие наметились просто такими архетипами: умник, красотка, уютная толстушка или "пацанчик", то со временем они раскроются. Кто-то постепенно, а кто-то стихийно. Поэтому новички устраиваются, притираются друг к другу, у них начинаются занятия... И я это - люблю безумно, в любом своем состоянии, и ученика, и уже учителя. Единственное, что вредит этой книге (ну, самую малость) - обильность. Хотелось и моглось бы полностью сосредоточиться на новичках - но есть такое подозрение, что они здесь и не главные. А главная - история с Горшеней и все коварные планы Гая. Ведь когда-то книга называлась "Триста лет и один день". И - пророчество, представление ведьмарей, заговоры - прям наслаиваются и немного размывают книгу. Но есть у меня здесь прям любимые сцены. Помимо (собственно) общежития и занятий, я люблю тут нырок и двушку. Ну а самая лучшая, динамичная и смешная (а в аудио, забегая вперед, вообще шикарная) сцена - "ночь новичка". Прибавьте к этому легкий слог, умный и ненатужный юмор в стиле

Антиквар с опасением посмотрел на Тилля. Тот мирно жевал укропчик, который свешивался с уголка рта, как у лошадки

А еще понимание человеческой натуры вообще и подростковой в частности. И вы найдете рецепт моей многолетней дружбы с автором. Но... наверное, на этом я буду откланиваться( Пока я терзала себя не самой удачной книгой, уже пересмотрела все, что меня интересовало в серии (или кто;)). Поэтому, как не люблю ШНыр, думаю, пока остановлюсь. Но очень прям хочется, чтобы кто-то еще открыл эту прекрасную серию. Здесь - много всего, и много всего интересного, и есть... Что-то. За последние книги даже я не поручусь, но переиздание запустилось, и, думаю, это - только начало. Чего-то... явно очень волшебного, но в то же время простой быт, учебу и жизнь тоже никто не отменял. Конечно, слушала в озвучке Аркадия Бухмина. И считаю это лучшим вариантам. Хотя его женские персонажи не нравятся мне порой категорически - но мужские и общее настроение ну очень хороши. А еще выделю именно эту аудиокнигу за "ночь новичка", где - совершенно неожиданно - ворвались даже эффекты. И сделали эту сцену еще более объемной и пробирающей)

Завязка неоригинальна: ребята и девушки от 14 до 17 лет похищены и попадают в ШНыр - Школу Ныряльщиков, где обучаются путешествию по пространствам. Присутствуют: физические упражнения, лошадки, перестрелки, бесовские искушения, шпионы, борьба со злом. Отсутствуют: секс (хотя все парочками, целуются как штангу жмут), книги, духовные запросы. Ах да, брутальная бритоголовая Насточка знает всех поэтов Серебряного века. Всех, понимаете? А ещё ребяток учат. Заглянем в их конспекты. Сила человека проявляется в том, насколько сильно он сумеет наступить на себя. Оп-па! Самодисциплина не самая плохая штука, но наступать на себя - это не силу проявлять, а... как бы это потактичнее выразиться... гибкость спинного хребта. Чем сильнее любят – тем больше запрещают. Если хочешь наверняка уничтожить того, кого любишь, разреши ему все. Был такой Йозеф Фрицль, он очень любил свою дочку Элизабет и запретил ей всё. И своим детям от Элизабет тоже всё запретил. Самец и самка хомо сапиенс - биологически разные виды. Мужчина, спорящий с женщиной, подобен бородатому профессору философии, который, нацепив юбку, отправился на завалинку и сказал, потирая ручки: «Ну, бабки, держитесь! Ща я вас всех переаргументирую!!!» Женвопрос для многих наших писателей, особенно детских, - сущий камень преткновения. С одной стороны, без баб-с никуда, женщина - это функция развития сюжета. С другой же стороны, знаний об объекте ноль. Девушки вообще так устроены, что влюбляются во всякий предмет, который ходит за ними достаточно усидчиво. Не вдадимся в дискуссию относительно права сексуального выбора, но вдумаемся - ходит усидчиво. Чтобы отвлечь женщину от вселенских страданий, достаточно сказать ей, что у нее юбка сзади испачкана. Это не отвлекает, это усугубляет. Далее, на примере кустодиевской красавицы Лены с грудью как диван и изломанной интеллектуалки Фреды доказывается, что глупые женщины естественны и счастливы, а умные - бессчастны, одиноки, некрасивы и злы. К уму как таковому Емец также питает странное предубеждение. Ум ничего не стоит, если не может заставить себя подобреть. Ум не бывает добрый или недобрый, ум бывает или не бывает. А заставить себя подобреть - как заставить веселиться. Не тот коленкор. Не жалеть себя! Все, что я жалею, рано или поздно отправится на корм червям. Дык эта... потому и жалеем. А то, что вечно, рождается именно там, где заканчивается саможаление. Чтобы я стал лучше, меня надо непрерывно пинать, не забивая при этом насмерть. Не позволяй душе лениться, Лупи чертовку сгоряча. Душа обязана трудиться На производстве кирпича. Ликует люд в трамвае тесном. Танцует трудовой народ. Мороз и солнце — день чудесный Для фрезеровочных работ... И так далее. Велик был Александр Николаевич Башлачёв, всё предвидел. Никто ещё не сделался лучше от непрерывного пинанья. Она гуманитарий, а у гуманитариев слова обесценены. Почему, откуда? С таким же успехом можно заявить, что у математиков обесценены числа. Заслуживает уважения тот, кто в своем теле как в троллейбусе едет. Новый он, старый – какая разница, если все равно выходить. Догадываюсь, где истоки смелого уподобления: в часто цитируемом ничьём афоризме "Наше тело как осёл, на котором едем в Иерусалим, недокормишь - упадёт, перекормишь - взбесится". У св. отцов: милый, мягенький ослик, о котором надо заботиться, которого целуешь в бархатный нос. У Емеца - казённый троллейбус, где хоть кучу наложи, всё равно выходить. Какова разница, а? Достоевский однажды бросил в жену стаканом. Окажись рядом такой пингвин [правозащитник], сразу бы раскудахтался: «Как ты ему позволяешь так с собой обходиться? Где твоя гордость? Срочно – развод! Мы поможем! Мы защитим! Мы запретим ему видеть детей!» А так простила, забыла и любила всю жизнь… У меня был знакомый, он жене выбил зубы и вырвал косу. Жена простила, забыла, любила. Но на кой она сдалась - с плешью, без зубов и без чувства собственного достоинства? Да и вообще кто сказал, что зло не добренькое? Да оно, может, гуманнее добра в двести тысяч раз, как и маньяк до определенного момента добрее отца с ремнем. Классический случай подмены понятий. К тому же от маньяка можно усклизнуть, а от отца, у которого на всё один ответ - ремень, никуда не денешься. В себе его несёшь, генетически. Зачем – не шныровское слово. Шныровские слова или «надо», или «по приколу». Славные возникают аналогии - молодчики-крепыши, вне семьи, вне школы, в изоляции, выполняют приказы, потому что надо, добавляют от себя по приколу, не задаются вопросом "зачем". Штурмовики! Усугубляет эту ассоциацию лексика шныров. Сявка, бардачник, пёсья мать!! "Добрые" и преподаватели, и ученики кроют друг друга чуть не матом, в то время как "злые" подчёркнуто вежливы, интеллигентны. Испытание новичков-шныров (шныр=шнырь?) хрестоматийно тюремное - "велосипед". Муссируется то, что лучше свой с ремнём, чем чужой с разговором. В общем, писал либо вечный новоначальный христианин с ностальгией по пионер- (а то и не пионер)лагерям, либо ловкий демагог, либо то и другое сразу. Не спрашивай, кто виноват, спрашивай, кому выгодно.

Чудо – это отступление от обычного порядка вещей, которое делает мир хоть капельку нравственнее. А если нравственнее мир не становится, это не чудо, а фокус.

Вторая книга из серии "Школа ныряльщиков" заставила меня задуматься: а так уж ли новы эти идеи? Не сплагиатнул ли случайно Емец идею Вербера о существовании "центра абсолютного удовольствия" и его влиянии на психику? В самом деле, со мной произошло такое странное дежавю и в душу закралась мысль еретика: "А, может, автор просто переводит на более простой язык книги, которые обычный подросток вряд ли станет читать?"

И сразу всё очарование куда-то разлетелось, магия улетучилась, впечатления приобрели оттенок серого. Чудо книги стало фокусом.

До сих пор я была чуть ли не фанаткой Емца. Теперь же он останется у меня в душе не на столь высоких позициях. А теперь о самой книге: "У входа нет выхода". Мысль №1: при чем здесь это название?! Просто захотелось красное словцо для привлекательности вывесить на обложку? Ну не вяжется оно со смыслом книги! Ну не то! Если учесть, что книга о девушках и парнях, которые учатся в школе ныряльщиков за мечтами, что сюжет прост как карандаш и что лексикон книги не слишком уж философский. Мысль №2: что поменялось: мой характер или манера изречения автора? Может, я просто выросла из такого? Ну не было интересно, честно говоря, читала книгу просто из чувства долга. И дальше читать не собираюсь, как это ни печально. Емец перегнул со шныровским жаргоном и пересолил со спецэффектами, и в результате выдал эдакую солянку с вареньем. Неаппетитно, скажу я вам. Мысль №3: что я скажу лайвлибовцам?! Что Емец не такой уж и чудесный? Или что это только серия "ШНыр" такая? Или же, что у каждой книги свой читатель и у этой, к сожалению (или к счастью), я точно не в списке фаворитов. И это взаимно.

Оценка: "3". Редко когда так оцениваю книгу, но определение мне понравилось: нейтрально. Аминь.