Цитаты из книги Обломов

одной рукой отталкивал, а другой удерживал

у сердца, когда оно любит, есть свой ум

смеясь над страхами своими поутру, он опять бледнеет вечером.

— Как кого возьмут, купца ли, чиновника, офицера, будочника, — точно живьём и отпечатают.
— Из чего же они бьются: из потехи, что ли, что вот кого-де ни возьмём, а верно и выйдет. А жизни-то и нет ни в чем: нет понимания ее и сочувствия, нет того, что у вас называется гуманитетом. одно самолюбие только.

надо работать, коли деньги берёшь

Так называемые "умники", требующие прежде всего внешних признаков ума, его "лоска", "красок", "острия", обладающие этим сами, не обладая часто тем существенным материалом, который должен крыться под лоском и краской.

"Le mot de l'enigme", - как говорят здесь русские люди, притворяющиеся не умеющими говорить по-русски и воображающие, что говорят по-французски.

Говори, ради Бога, не оставляй меня на этом обрыве: правду, одну правду - и я выкарабкаюсь, малейшая ложь - и я упаду!

Ничего, Марфа Васильевна, бабушки всегда немного ворчат - это их священная обязанность...

Аппетит вырабатывается праздностью, моционом и негой, голод - вренем и тяжкой работой.

Служба не есть сама цель, а только средство куда-нибудь девать кучу люда, которому без неё незачем бы родиться на свет. И если б не было этих людей, то не нужно было бы и той службы, которую они несут.

нельзя играть в жизнь, как в куклы! Не шути с ней - расплатишься

Это все Андрей: он привил любовь, как оспу, нам обоим. И что это за жизнь, всё волнения и тревоги! Когда же будет мирное счастье, покой?

И слеп, и глух, и нем для всего остального в мире.

- я уж и забыла, как живут иначе. Когда ты на той неделе надулся и не был 2 дня - помнишь, рассердился- я вдруг переменилась, стала злая. Бранюсь с Катей, как ты с Захаром; вижу, как она потихоньку плачет, и мне вовсе не жаль её. Не отвечаю тёте, не слышу, что она говорит, ничего не делаю, никуда не хочу. А только ты пришел, вдруг совсем другой стала. Кате подарила лиловое платье...
- это любовь! - патетически произнес он

кого не любишь, кто не хорош, с тем не обмакнешь хлеба в солонку

Не жизнь, а две жизни, как две тюрьмы, разделённые вечной решеткой.

- Как же не ядовитый! – повторил Илья Ильич. – Ты отравляешь мне жизнь.