Цитаты из книги Цивилизация статуса

Незнакомец слегка поклонился. — Я принес образцы кондитерских изделий фирмы Греа. Можете представить мое изумление, когда я нашел эту прелестную молодую женщину вне стасиса. Все равно как если бы сказка стала былью. Никогда не ждешь, что грезы сбудутся, поэтому вы должны признать, что в этом есть особая прелесть. — Ты любишь его? — мрачно спросил Гудмэн. — Да, — сказала Жанна. — Рондо заботится обо мне. Он собирается держать меня в стасис-поле достаточно долго, чтобы компенсировать потерянное мною время. Это жертва со стороны Рондо, но у него добрая душа.

Прирожденный борец за справедливость, он писал разоблачительные статьи, которые нигде не печатались, посылал в Конгресс письма, которые никем не читались, поддерживал честных кандидатов, которые никогда не избирались. Он основал "Лигу городского благоустройства", организацию "Граждане против гангстеризма", "Союз граждан за честные полицейские силы", "Ассоциацию борьбы с азартными играми", "Комитет равных возможностей для женщин" и дюжину других организаций. Его усилия были безрезультатны. Апатичные горожане не интересовались этими вопросами. Политиканы открыто над ним смеялись, а Гудмэн не терпел насмешек над собой. В дополнение ко всем бедам его невеста ушла к горластому молодому человеку, который носил яркий спортивный пиджак и единственное достоинство которого заключалось в том, что он владел контрольным пакетом акций Сикиркской строительной корпорации.

Откашлявшись, Гудмэн осторожно сказал:

- Я давно собирался у вас спросить, для какой цели используется стасис-поле?

- Чтобы держать в нем жену, - ответил Мелит. - Я думал, это вам известно.

- Да, - сказал Гудмэн. - Но почему?

- Почему? - Мелит нахмурил лоб. Очевидно, подобный вопрос никогда не приходил ему в голову. - Почему мы вообще что-то делаем? Очень просто - таков обычай. И притом весьма логичный. Кому это понравится, чтобы женщина была все время рядом и болтала языком и днем и ночью?

Гудмэн покраснел. С момента своей встречи с Жанной он постоянно думал о том, как было бы хорошо, если бы она всегда была рядом, и днем и ночью.

- По-моему, это не очень-то справедливо по отношению к женщинам, - заметил Гудмэн.

Мелит засмеялся.

- Дорогой друг, вы, я вижу, проповедуете доктрину равенства полов? Так ведь это же полностью развенчанная теория. Мужчины и женщины просто не одно и то же. Что бы там вам ни твердили на Земле, они отличаются друг от друга. Что хорошо для мужчины, не обязательно и далеко не всегда хорошо для женщины.

- Поэтому вы относитесь к ним, как к низшим существам, - сказал Гудмэн, реформистская кровь которого начала бурлить.

- Ничего подобного. Мы относимся к ним иначе, чем к мужчинам, но не как к низшим существам. Во всяком случае, они не возражают.

— Поклонение Злу, — вещал Дядя Ингмар, — не следует блюсти единственно по ночам понедельника. Наоборот! Реализовывать Зло должно ежедневно. Не каждому дано быть великим грешником, но пусть это вас не огорчает и не расхолаживает. Мелкие пакости, совершаемые регулярно, переходят в большой, угодный Великому Черному грех. Не следует забывать, что выдающиеся нечестивцы, даже демонические святые, часто начинали весьма скромно. Разве Трастус не был рядовым лавочником, обманывающим покупателей? Кто мог ожидать, что этот заурядный человек станет Кровавым Убийцей с Торндайкской Дороги? А кто мог вообразить, что доктор Лойенд будет крупнейшим авторитетом по применению пыток? Настойчивость, упорство и набожность позволили этим людям подняться до положения правой руки Великого Черного.

— Это Общество по защите жертв? — спросил он. — Совершенно верно, сэр, — сказал мужчина. — Я Рондольф Френдлер, президент этой бескорыстной организации. Могу быть вам полезен? — Воистину да, — ответил Баррент. — Видите ли, я — жертва. — Я это сразу понял, — сообщил Френдлер, тепло улыбаясь. — Мистер Френдлер, я не член вашей организации. — Не имеет значения, — заверил Френдлер. — Мы защищаем неотъемлемые права всех жертв. — Очень хорошо, сэр. Там снаружи трое хотят убить меня. — Понимаю, — произнес мистер Френдлер. ... — Скажите, вы определили статус этих людей? — По-моему, они Хаджи... — Точно, — подтвердил мистер Френдлер. — А сегодня День Посадки. Вы с только что приземлившегося корабля и относитесь к пеонам, не так ли? — Так, — сказал Баррент. — В таком случае я счастлив сообщить, что все в порядке. Охота Дня Посадки заканчивается с заходом солнца. Вы можете спокойно уйти отсюда, зная, что ваши права никоим образом не нарушены. — Уйти? После захода солнца, вы имеете в виду? Мистер Френдлер покачал головой и печально улыбнулся. — Боюсь, что нет. По закону вы должны уйти немедленно. — Но они убьют меня! — Верно, — согласился Френдлер. — К сожалению, ничего нельзя сделать. Таков смысл слова «жертва». — Я думал, у вас защищают… — Так и есть. Но мы защищаем права, а не самих жертв. Ваши права не нарушены. У Хаджи есть привилегия охотиться на пеонов в День Посадки в любое время до заката.