Цитаты из книги Голос

Я всегда говорил то, что думал. Ведь единственной целью моей эмиграции была свобода, А тот, кто любит свободу, рано или поздно будет достоин ее.

Распространилась легенда, что я, будучи тюремным надзирателем, физически бил Солженицына. Хотя, когда Солженицына посадили, мне было три года. В охрану же я попал через двадцать лет. Когда Солженицына уже выдвинули на Ленинскую премию...

Знаю я эти культурные дома. Иконы, самовары, Нефертити…  Какие-то многозначительные черепки… Уйма книг,  и все новенькие… А водки — на донышке. Вечно на донышке.  И откуда она берется? Кто-то принес? Не допил? Занялся  более важными делами?

― Метафора... У лжи десятки таких подпольных кличек!

Люди делятся на умных и глупых. Добрых и злых. Талантивых и бездарных. Так было и в Союзе. И так будет в Америке. Так было раньше. И так, я уверен, будет всегда.

А вот тараканов не было. Я их что-то не припомню. Хотя жить приходилось в самых разных условиях. Однажды я снял комнату во Пскове. Ко мне через щели в полу заходили бездомные собаки. А тараканов, повторяю, не было...

Юмор - украшение нации. В самые дикие, самые беспросветные годы не умирала язвительная и горькая, простодушная и затейливая российская шутка. И хочется думать - пока мы способны шутить, мы остаемся великим народом.

Я знал,еще три рюмки, и с делами будет покончено. В этом смысле хорошо пить утром . Выпил - и весь день свободен.

О некоторых высказываниях я сожалею. Иные готов вытатуировать у себя на груди...

Когда началась стрельба , все разбежавшись . Некоторые бежали до самого винного магазина .

Любовь к своему народу - естественное чувство. Да и любовь к себе естественна. Люби на здоровье. Люби, но помалкивай...

Ненавидеть человека за его происхождение - расизм. И любить человека за его происхождение - расизм.
Будь евреем. Будь русским Будь грузином. Будь тем, кем себя ощущаешь. Но будь же еще чем-то, помимо этого...
Например, порядочным, добрым, работящим человеком. Любой национальности...

Это безумие — жить с мужчиной, который не уходит только потому, что ленится...

Есть у номенклатурных работников одно привлекательное свойство. Они не злопамятны хотя бы потому, что ленивы. Им не хватает сил для мстительного рвения. Дли подлинного зла им не хватает чистого энтузиазма. За многие годы благополучия их чувства притупляются до снисходительности. Их мысли так безжизненны, что это временами напоминает доброту.

Нелегкое это благо — свобода выбора. Помню, зашел я с матерью в кондитерскую лавку на Бродвее. Что-то ей не понравилось. Она и говорит: — Хорошо бы в жалобную книгу написать. Или позвонить куда-нибудь… — А может, — говорю, — просто зайти в другую лавку?..

Глупо было надеяться, что средний американец - Воннегут.

Америка - не филиал земного рая.

Во мраке были скуповато рассыпаны зеленые кошачьи глаза.