Цитаты из книги Стража! Стража!

То есть наша ненаблюдательность напрямую связана с нашим выживанием в этой вселенной.

Просто поразительно! Работает. Хотя не должно.

Патриций Анк-Морпорка откинулся на спинку самого обычного стула, и на лице его заиграла бодрая улыбка крайне занятого человека, который на исходе полного событий дня вдруг увидел в своем графике напоминание: «19.00–19.05. Быть веселым и раскованным, улыбаться людям».

если преступность неизбежна, то пусть она хотя бы будет организованной.

Собравшиеся здесь отличались врожденной подозрительностью. Они были потомками людей, которые выжили именно благодаря абсолютной подозрительности и полной паранойе.
Потому что они были аристократами.

Ваймс ненавидел трезветь. В трезвом состоянии он начинал думать.

Это была необходимая мера, но общество, каким бы продвинутым оно ни было, не любит людей, которые делают то, что надо сделать.

— Набери зомби, — велел Ваймс. — Но, сэр, вы всегда против зомби стояли насмерть, извините за невольный каламбур, — напомнил Колон.

– Каждый должен это попробовать. Хотя бы один раз, – важно промолвил Моркоу. А потом подумал немного и добавил: – Обычно одного раза хватает.

— Слушай, у тебя случайно не найдется, — попрошайка сделал паузу, высчитывая сумму, которая соответствовала бы его должностному статусу, — долларов примерно так триста на банкет с двенадцатью сменами блюд?

Это был бег, который назывался «нас тут целая дюжина, пусть кто-нибудь другой поспеет первым». Сей бег словно бы говорил: «С виду этот тип легко способен убить, а мне не платят за то, чтобы меня убивали, так что, если бежать помедленнее, быть может, он уберется куда-нибудь подобру-поздорову…»

Странно. Он все еще не чувствовал гнева. Но чуть позже гнев придет. К вечеру он будет в ярости. В ярости и пьян в стельку. Но не сейчас. Пока нет. Все случилось так быстро, что он просто ничего еще не понял. Сейчас Ваймс совершал привычные телодвижения, целью которых было не дать себе задуматься.

Библиотекарь благосклонно относился к чтению в целом, но читатели действовали ему на нервы. Было нечто кощунственное в том, как они брали книги с полок и изнашивали слова своим чтением. Ему нравились люди, которые любили и уважали книги, а самое лучшее проявление этих чувств, по мнению библиотекаря, – это оставить книги на полках, где им и предназначено находиться природой

У азартных игроков часто спрашивают, почему они продолжают держать контору напротив Гильдии, которая почти каждый месяц умудряется взрывать свое здание, на что игроки обычно отвечают: «А вы внимательно прочли табличку на нашей двери?»

Когда вдруг во время обеда что-то кладет голову тебе на колени, ты ничего не говоришь, просто даешь ему кусочки со стола и молишься, чтобы оно не икнуло.

Разве война не нарушение общественного порядка?

В конце концов, лучший способ бороться с осаждающими войсками придумал Анк-Морпорк: надо просто-напросто отворить ворота, впустить завоевателей и сродниться с ними.

«Вот как в этом мире приобретается власть, – подумал он. – Надо просто наплевать на мнение окружающих и никогда, никогда, никогда не сомневаться в правильности своих действий».

Проблема в тому, що люди думають самостійно лише тоді, коли їм це наказано.