Цитаты из книги Стража! Стража!

— А вам так нравится простой люд? — тихо поинтересовался Дракон. — Простой люд? — переспросил Ваймс. — В них нет ничего особенного. Они ничем не отличаются от богатых людей, обладающих властью, за исключением того, что у них нет ни денег, ни власти. Но закон, равновесия ради, должен быть на их стороне. Поэтому и я выступаю за них.

Королева Молли скорчила ужасную рожу (что с ее природными данными было совсем не сложно)

Кто-то сграбастал Шнобби за горло. Заводилу Колон не знал. Самый обычный, со свернутым набок носом, плохо выбритый трактирный завсегдатай, который в это время вечера, как правило, уже начинал открывать бутылки своими зубами — или чужими, если вечер действительно удавался.

Но мы способны развязать войну ради какого-то богом проклятого островка только потому, что в случае войны, он нам может понадобиться.

Символизирует дружеский союз между волшебниками и гражданскими властями, суть которого, осмелюсь заметить, сводится к обещаниям с их стороны выполнить любые наши просьбы при условии, что мы ни о чем их не будем просить.

Вервольфы мастерски уходят от погони – в конце концов, оставшиеся в живых оборотни были прямыми потомками тех, кому удалось ускользнуть от разъяренной толпы. У тех же, кому не удалось перехитрить разъяренную толпу, не было не только потомков, но даже могил.

Только преступления могут совершаться во тьме, но наказание должно вершиться на свету. В этом и состоит работа стражника, как говорит Моркоу. Зажечь свечу в темноте.

Они посмотрели на напитки. Они выпили напитки.

– Чаши Непорочности, сбрызнуты ли они должным образом? – начал речитатив брат Сторожевая Башня. – Угу, сбрызнуты что надо. – А Воды Мира, свершено ли отречение от них? – Свершено на полную катушку. – А Демоны Безграничности, прикованы ли они многими цепями? – Вот черт, – брат Штукатур даже прищелкнул языком от досады, – вечно что-нибудь да забудешь.

Что-то запищало. Ваймс пошарил около трясущегося дракончика, вытащил маленького резинового бегемота, некоторое время удивленно разглядывал игрушку, а затем пару раз сдавил. - Я решил, может, что это его развеселит, - слегка смущенно объяснил Моркоу. - Ты купил ему игрушку? - Да, сер. - Какая добрая мысль. Ваймс искренне надеялся, что Моркоу не заметил валяющийся в углу ящика пушистый мячик. Этот был гораздо дороже.

...если ты тот, чей рост зашкаливает за шесть футов, а плечи не пролезают в дверь, то твоё путешествие скорее всего будет бессобытийным. Время от времени из-за разных скал выскакивают всякие люди, но тут же торопливо удалятся, бросая нечто вроде: "О, прошу прощения, я, видимо, ошибся..."

Обычно люди не замечают того, мимо чего каждый день ходят.

Мужество, смелость и неукротимый человеческий дух при всей их совокупной ценности все же уступают мужеству, смелости, неукротимому человеческому духу и численному превосходству шесть к одному

Стая — это объединение свободных особей. Стая набрасывается не потому, что ей так приказали, стая набрасывается потому, что каждая особь решила наброситься.

А еще эти волшебники… Полные болваны и халтурщики. Увидят торчащую из ткани реальности ниточку, и сразу давай за нее тянуть!

— Стой! Именем закона! — А как зовут закон? — Откуда мне знать?! — А почему мы его преследуем? — Потому что он убегает.

там все суета сует, поскольку живут сплошные дамы.

Он сказал людям: „Вы свободны“. И они крикнули „Ура!“, и он показал им, чего стоит свобода, и его назвали тираном, а когда Камнелица предали, его бывшие верные соратники носились кругами и кудахтали, как перепуганные куры, в первый раз увидевшие огромный мир, что ждал их снаружи. И они кинулись обратно в курятник и захлопнули дверь…

'You summoned the Watch because someone's taken a book? You think that's worse than murder?' The Librarian gave him the kind of look other people would reseve for people who said things like 'What's so bad about genocide?'

Sergeant Colon owed thirty years of happy marriage to the fact that Mrs Colon worked all day and Sergeant Colon worked all night. They communicated by means of notes. He got her tea ready before he left at night, she left his breakfast nice and hot in the oven in the mornings. They had three grown-up children, all born, Vimes had assumed, as a result of extremely persuasive hand-writing.