Малое собрание сочинений

Достаточно философский роман, обнажающий пороки человечества, но не все этим порокам подвержены. Где есть порок, там есть и добродетель. Может она мала, ничтожна, но она есть. Добродетель - выбор сильных и чистых людей. Не всем дано это чувство, кому-то легче поддаться пороку, испытывая наслаждение причиняя муки другим. Отбросить всю мораль, человеческие законы. Приносить только боль и страдания, уничтожая любую добродетель на своём пути, но полностью ее никогда не уничтожить. Про эту книгу я узнал из упоминаний "Волхва" Джона Фаулза, так что сразу же взялся за неё. Скачал я расширенную версию, без цензуры. В ней около 800 страниц. Я не поклонник извращений, но и цензуру я не потерплю. Сначала мне казалось, что это не просто порнушная книга, что это что-то более глубокое, но к сожалению я не смог осилить и даже разочаровался. После двухсот страниц я сдался, но всё же решил оставить рецензию, может быть в будущем всё же вернусь и попробую осилить это произведение, ну или же попробую почитать зацензуренную версию объёмом в 272 страницы. А история рассказывает нам про двух юных осиротевших сестер, лишившихся всего. 14-летняя порочная Жюлльета и 15-летняя целомудренная Жюстина. Жюлльета сразу определила свою судьбу и попыталась привлечь и Жюстину, но та отвергла предложение сестры и всё же всё равно попала в руки нехороших людей. Для меня это не просто книга. Это испытание. Наберусь сил и обязательно преодолею это.

«Кто сказал: Казанова не знает любви», - не понял вопроса». С. Калугин. Почему эту книгу стоит прочитать?

• Классику надо знать и уметь читать. Так как проблемы, заявленные в таких книгах, как правило, не преходящи и универсальны.
• Сведения о сексе, полученные из журналов типа COOL и BRAVO, не всегда достаточны для удовлетворения любопытства и прочих потребностей. Правда стоит де Сад чуть-чуть дороже, но дешевле, чем Play Boy.
• Вообще, тексты такого рода невольно развивают воображение, т.к. несильно детализированы. Правда, в данном случае, вы рискуете оказаться в его заложниках.
• Если вы за порок - почувствуете себя оправданным, а добродетель - высмеянной, т.е. утвердитесь в своей позиции. Но вы и так в ней тверды.
• Если вы за добродетель - подберёте и разовьёте контраргументацию и почувствуете порок высмеянным и обезображенным, утвердитесь в своей позиции.
• Если вы не достигли определённого возраста и в действии не всё вам понятно, будет что обсудить с родителями и друзьями.
• Если вы - нежная и чувствительная девушка, то разовьёте мышцы ног и живота, справляясь с рвотными позывами в наиболее красочные моменты повествования. Большинство моих друзей, согласились, что сие пособие является уникальным тренажёром для сердечно-сосудистой системы и средством понижения аппетита.

• Как?
• Я её уговорил». Торжество добродетели или же её крах - автор сам для себя не решил. Зато смерть её адепта неизбежна. История несчастной девушки, получившей воспитание в монастыре и попавшей в жестокий мир Франции XVIII, века начинается словами «тот не преступник, кто изображает/ поступки, что Природа нам внушает» (что естественно - то не без оргазма). А на самом-то деле хочется вспомнить слова одного из героев Фонвизина (тоже классик и тоже классицист): «Ничто так не терзало души моей, как невинность в сетях коварства».

Любители аудиокниг поймут порыв литературного выбора, когда отталкиваешься не от автора, а от исполнителя. Донасьен Альфонс Франсуа де Сад из тех писателей, которых упорно обхожу стороной (обходила до сегодняшнего дня), а вот Илью Прудовского всегда слушаю с удовольствием. Художественное исполнение, проникновенный голос, присущая актеру доверительность помогают воспринимать любое произведение, как историю, которой делится друг. И я рискнула. Немного отвлекал вычурный высокий стиль писателя, не очень вязавшийся с грязной историей разврата. Нет, в этой повести не встретятся пошлые описания эротических сцен, автор, казалось бы, пытается придать ей назидательный характер, начиная рассказ со слов осуждения подобных "Преступлений любви, или Безумства страстей":

И да убедятся они, что ни надлежащее воспитание, ни богатство, ни таланты, ни щедрости природы не в состоянии отвратить человека от порока, если они не подкреплены благонравием, добродетельным поведением, благоразумием и скромностью, и лишь сии последние добродетели способны подчеркнуть выгоды первых; об этих истинах мы и желаем напомнить.

Дальнейшее повествование, а вошло в него полное жизнеописание девицы Эжени - от рождения до самой смерти, почему-то выглядело насмешкой над добродетелью. Маркиз де Сад не устает восхвалять невинность и высокую нравственность госпожи де Франваль, рассыпая фразы "Нет ничего более чистого, более искреннего, чем намерения этого удивительного создания". При этом я не чувствовала ни жалости, ни уважения к униженной мужем и дочерью женщине. Мне была неприятна вся семейка Франвалей. Подобная подача напоминает черный юмор. Чего стоит "священный закон" главного героя!

Священный сей закон, побуждающий к действию и вдохновляющий поступки наши, состоит в том, что себя должны мы возлюбить более, нежели ближнего своего… Сначала мы сами, а потом все остальные — таков закон природы. Никакого почтения и, следовательно, никакой пощады тому, кто, как доказано, стал причиной несчастий наших или же пытался погубить нас. Поступать по-иному, дочь моя, означало бы поставить интересы ближнего выше своих собственных, а это было бы неразумно.

Невзирая на то, был ли искренним маркиз де Сад, публикуя "Преступления любви", или высказывал завуалированную насмешку, из этой новеллы можно вынести моральное наставление. Раскаявшийся грешник, умирающий в муках самобичевания, которому я не поверила, сам озвучил его. "Скажите им, что такая смерть ждет всякого, кто становится жалким рабом разнузданных страстей, заглушающих голос долга и природы" - с такими прощальными словами обратился Франваль к друзьям. Да будет так!