Цитаты из книги Дети века

Они не стыдятся ходить с высоко поднятой головой, а я всегда смотрю вниз, на траву и песок, я никогда не устаю смотреть на траву и песок.

Уж так он был создан: он мог выносить незаслуженную обиду, а заслуженной не мог.

Так как пришел поворотный пункт в судьбе Виллаца, то отец говорил серьезнее, чем обычно: есть два способа сохранить свое имя для потомства. Его можно зарыть глубоко в могилу, и кто-нибудь откроет его через две тысячи лет; или же можно поднять целую бурю среди людей, и тогда его вспомнит история!

– Смех в подобную минуту может означать две вещи: или для вас все нипочем, и в таком случае это не делает вам чести, или вы смеетесь, чтобы не плакать.

Бывают несчастья в семьях, которые превращаются в настоящее благословение. Небо оказывает милосердие, отнимая у людей тех, кто им дорог.

Он, наконец, получил звание пастора и приехал на родину заявить о себе. Нельзя блистать в Кордильерах, блистать можно только дома.

Дело в том, что фру Иргенс уверяет ее, будто объятия могут быть различные: можно стать самой на дороге мимо проходящего мужчины; что же ему тогда делать со своими руками, иомфру Сальвезен?

Ни в коем случае нельзя исходить из того, что жизнь легка, не то ей придется слишком часто ставить вас на место.

"Она лгала мне, - объяснил он, - она уверяла меня, будто я первый и единственный в ее жизни, а я узнал, что я преемник другого. Меня утешило лишь то, что я, в свою очередь, оказался предшественником третьего". "Господи, - вскричал тут я, - гостиница любви она, что ли, эта женщина?" "Гостиница? - повторил он и задумался. - Нет, я бы употребил другое слово, я бы сказал - ночлежка. Все мы любили ее, и она открыла для нас ночлежку".

Их брак был не хуже, чем у многих других, несчастье их миновало, но над ними постоянно тяготело какое-то злосчастье. Да, так оно и было. Несчастье - пустяк! У несчастья есть конец, пройдет, и его больше нет; гораздо хуже изо дня в день и из года в год страдать от отсутствия счастья.

Ему оставалось делать лишь то, что положено делать старику, дабы не вызывать отвращения у самого себя и у других: стоять, выпрямившись во весь рост.

"Разве он мог блистать в Кордильерах? После смерти жены он остался одиноким и всем чужим; у него было положение и средства, но не было перед кем похвалиться, а там далеко существовал серый островок. Помнил Хольменгро также водопад в Норвегии; там можно и блистать."

"Нельзя блистать в Кордильерах, блистать можно только дома"

В жизни у него был один-единственный интерес: деньги и дело. Они стали для него мировоззрением и религией.

Оттого, что вы постоянно перечисляете мне мои недостатки... должен сознаться, они всё более и более теряют для меня всякий интерес.

Глаза - это её деньги, она ими всех покупает.

Нет моря, нет и волнений.

Ни одна покупка не бывает так дорога, как подарок.

- Штатные чиновники... несчастный всё-таки это народ. Отец писарь и сын писарь, конторщики поколение за поколением. Их вербуют из деревенских парней, сумевших "подняться над своей средой". Между прочим, они вовсе не поднимаются, а опускаются, из хороших рыбаков и земледельцев превращаясь в писарей и пасторов.

...он разговаривает с самим собой так же редко, как и с другими.

Ни в коем случае не стоит исходить из того, что жизнь легка, не то ей придётся слишком часто ставить вас на место.