Цитаты из книги Удушье

Люди, при отсутствии собственных доброжелателей, просто не могут понять и принять целомудрие кого-то другого.

Так приятно, говорит она, увидеть, как жизнь работает на хорошего человека.

Чем ты не обзаводись, - говорит она. Все оказывается лишь очередной вещью, которую придется потерять.

Но как только я беру в руку мясо, а другая рука у меня вся испачкана взбитым яйцом, обязательно кто-то позвонит. Кто-то в тоске и печали.

Сам Паланик говорит об этой книге: "Собираетесь прочесть?Зря!!"

Когда люди вот так вот кричат или поют во весь голос, они глубоко и учащенно дышат, и у них наступает перенасыщение кислородом. При этом уровень углекислого газа в крови резко снижается и нарушается кислотно-щелочное равновесие. В крови человека в нормальных условиях кислоты больше, чем щелочи, а тут получается наоборот. — Респираторный алкалоз.

Как-то раз агент спросил меня, кем я вижу себя через пять лет. Трупом, сказал я. Я вижу себя гниющим трупом. Или пеплом; я могу представить, что меня сожгут.

Чего бы Иисус никогда не сделал?

Две улыбающиеся старушки тащатся мимо нас, одна показывает пальцем и сообщает другой: — Это тот милый юноша, про которого я тебе рассказывала. Это он удавил моего котика. Другая дама, в криво застёгнутом свитере, отзывается: — И не говори, — отвечает. — Один раз он избил мою сестру чуть не до смерти. Они тащатся вдаль. — Очень мило, — замечает доктор Маршалл. — Я про то, что ты делаешь. Ты даёшь этим людям завершение самых больших проблем их жизней.

Хочу забыться в её мертвых холодных объятиях.

Мне надо было сказать ей правду: что я искренне восхищаюсь сексуально озабоченными людьми, помешанными на сексе. В мире, где каждый боится слепой роковой случайности или внезапной болезни, человек, одержимый сексом, утешается мыслью, что он-то знает, что именно может ему грозить. Таким образом, он до какой-то степени контролирует свою судьбу и примерно представляет, какой смертью умрёт.

"Дай человеку почувствовать себя богом, и он ради тебя сиганёт через горящий обруч"

«Старая культура рабов не сможет создать новую культуру свободных людей».

«Самоубийства случаются волнами. Это как стадное чувство. Стихийный массовый исход. Смерть одного влечёт за собой ещё двадцать смертей. Как лемминги».

— Єдине, чим ми відрізняємося від тварин, — це тим, що в нас є порнографія.

Кілька годин тому, поки дітлахи чесали вовну, ми з нею — з учителькою — нашвидку перепхались у коптильні, й вона напевне подумала, що це набере якої-небудь романтичної форми, але — де там. Можливо, я й шепотів їй щось таке, уткнувшись носом у її апетитний пружний задок; дивно навіть, чого тільки жінки не навигадують собі, якщо в тебе випадково зірветься: «Я тебе люблю». У десяти випадках із десяти хлопець має на увазі: «Я люблю це діло».

Коли руки вічно в коров'ячому лайні, якось само собою позбуваєшся звички гризти нігті.

— Ви хочете, щоб вона залишалася безпомічною, і ви могли б про неї дбати і все за неї вирішувати. — Вона дивиться на мене й мовить: — Схоже, що ви хочете бути богом.

Удаючи слабого, ти дістаєш владу над людьми. У порівнянні з тобою вони почуваються сильними. Даючи людям урятувати себе, ти тим самим рятуєш їх.

— Дуже корисно буває згадати свій перший раз. Для всього. — Він каже: — Коли я мастурбував уперше, в мене було таке відчуття, немовби я це винайшов. Я дивився на свої вологі руки й думав: «О, тепер я розбагатію».