Цитаты из книги Избранное

Героев город не имел, безропотно и единогласно принимая резолюции по мировым вопросам.

Ему казалась жизнь хорошей, когда счастье недостижимо и о нем лишь шелестят деревья и поет духовая музыка в профсоюзном саду.

Он любил тогда следить за прохожими мимо; иные ему нравились, и он жалел, что не все люди знакомы между собой.

Вощев давно обнаружил, что люди в пивную всегда приходили парами, как женихи и невесты, а иногда целыми дружными свадьбами.

— Скот мы тоже скоро распустим по природе, — ответил чевенгурец, — он тоже почти человек: просто от векового угнетения скотина отстала от человека. А ей человеком тоже быть охота!

отчего ж тогда Ленин в Москве целым лежит? он науку ждет - воскреснуть хочет.

Никогда не спрашивай, рабская психология, а дари себе все сам. Родился-то не от своей силы, а даром - и живи без счета.

Жизнь его шла безотвязно и глубоко, словно в теплой тесноте материнского сна.

Будет тебе, Никифоровна, выть-то! — сказал он одной бабке, плакавшей навзрыд и с поспешным причитанием. — Не от горя воешь, а чтоб по тебе поплакали, когда сама помрешь.

Софья Александровна глядела на фотографию. Там был изображен человек лет двадцати пяти, с запавшими, словно мёртвыми глазами, похожими на усталых сторожей; остальное же лицо его, отвернувшись, уже нельзя было запомнить. Сербинову показалось, что этот человек думает две мысли сразу и в обоих не находит утешения, поэтому такое лицо не имеет остановки в покое и не запоминается.

Когда Саше надоедало ходить на работу, он успокаивал себя ветром, который дул день и ночь. «Я так же, как он, — видел ветер Саша, — я работаю хоть один день, а он и ночь — ему еще хуже».

Что мне делать в жизни, чтоб я себе и другим был нужен?

...он слишком начитался за ночь и чувствовал себя сейчас недостаточно умным. Он отошёл дальше в степь и лёг в неё вниз лицом с настроеньем своей незначительности.

В учреждении было темно; молча лежали архивы, скрывая в бумагах бюрократизм, вредительство, бред мелких исчезающих классов и воодушевлённый героизм.

Жачев ел деснами и молчал, предпочитая ударить сегодня же, но попозднее Козлова в живот, как рвущуюся вперед сволочь. А Вощев слышал эти слова и возгласы, лежал без звука, по-прежнему не постигая жизнь. «Лучше б я комаром родился: у него судьба быстротечна», — полагал он.

Над ним огонь горит, а он глаза зажмурил

Вощев же лег вниз лицом и стал жаловаться шепотом самому себе на таинственную жизнь, в которой он безжалостно родился.

с пулей внутри буржуи, как и пролетариат, хотели товарищества, а без пули - любили одно имущество