Цитаты из книги Вне времени

Болела голова, но зато не было печали.

Потеря авторитета – опасная вещь.

... писатель должен разбираться в людях. Знать всю их никчемность, трусость, похотливость и продажность. Стоит только писателю ударить в барабан, а уж отклик будет. Ему останется лишь похихикать над произведенным эффектом.

Какая бережливость: сожрать врага из его собственного черепа!

Сердце не может мгновенно принять изменившийся мир.

Вещи редко оказываются такими, какими кажутся. Снятая с молока пена часто принимается за сливки.

Кого боги замечают, тех они уничтожают. Будь невелик, и ты избежишь ревности сильных.

Абстрактное для них (фашистов) реально, реальность невидима.

Каждый мужчина жаждет иметь по-настоящему хорошо одетую женщину до того, как умрет, даже если ему самому придется покупать ей одежду.

А теперь надо вставать, отлипать друг от дружки. Или все - таки тебе не понравилось? Если ли признаки подсознательного неодобрения?

... только на них и может надеяться мир, на юное поколение, которое не помнит войны. «Всему когда-нибудь приходит конец, – рассуждал он. – Исчезнут национальности, исчезнут завоеватели и покоренные, останутся только люди».

Я прошу слишком многого, - упрекнул себя Тагоми. - А когда просишь слишком много, не получаешь ничего.

Зло, - подумал Тагоми. - Да, именно так. Вправе ли мы, даже ради спасения собственной жизни, помогать продвижению зла к власти? Не в этом ли главный парадокс нашего земного бытия?

Некогда мне глотать модную беллетристику. Дел по горло. Конечно, секретарши любят читать всякую дрянь, - сердито подумал он. - Дома, в постели перед сном. Их это возбуждает. Нет бы все делать по-настоящему, но настоящего они боятся. И хочется и колется...

Жестокая дилемма нашего существования. Как бы ты не поступил, в итоге это окажется злом. Тогда зачем сопротивляться? Зачем выбирать, когда все альтернативы- ложны?..

Мы все - насекомые, - сказал он вдруг. - Слепо ползем к чему-то ужасному или, наоборот, высокому, чистому.

Все мы насекомые. Слепо рвемся к чему-то ужасному и божественному.

«Мы не представляем из себя ценности, – сказала она себе. – Мы имеем возможность тихо жить сами по себе, если нам захочется, если это имеет для нас какой-то смысл».

Эх, злая моя судьба - встретить ее, влюбиться и до сих пор не разлюбить.