Цитаты из книги Чума

есть больше оснований восхищаться людьми, чем презирать их

Чтобы стать святым, надо жить

Самой холодной зимой я узнал, что внутри меня — непобедимое лето.

Оно негромко шелестело у подножия огромных каменных уступов, и, когда они поднялись еще немного, перед ними открылось море, плотное, как бархат, гибкое и блестящее, как хребет хищника.

Да, в конце концов все мы висим на ниточке, и три четверти людей – это уж точная цифра – спешат сделать то самое незначительное движение, которое их и сразит.

«Никто, кроме пьяниц, здесь не смеется, – записал Тарру, – а они смеются слишком много и часто».

Или, во всяком случае, те, для которых молчание становилось мукой, волей-неволей прибегали к расхожему жаргону и тоже пользовались штампованным словарем, словарем простой информации из рубрики происшествий - словом, чем-то вроде газетного репортажа, ведь никто вокруг не владел языком, идущим прямо от сердца.

Болеть всегда неприятно, но существуют города и страны, которые поддерживают вас во время недуга и где в известном смысле можно позволить себе роскошь поболеть.

Поскольку мертвый человек приобретает в твоих глазах весомость, только если ты видел его мертвым, то сто миллионов трупов, рассеянных по всей истории человечества, в сущности, дымка, застилающая воображение.

Любовь эта и нежность превратились за время чумы в абстракцию, и теперь Рамбер с душевным трепетом ждал, когда эти чувства и это живое существо, на которое они были направлены, окажутся лицом к лицу.

Окончательное, бесповоротное поражение, каким завершаются войны и которое превращает даже наступивший мир в неисцелимые муки.

Нет во время чумы и не может быть островка.

Единственный способ не отделяться от людей – это прежде всего иметь чистую совесть.

Сама борьба с чумой делала борцов особенно уязвимыми для заражения. В сущности, они ставили ставку на случай, а случай он и есть случай.

Человек не способен долго страдать или долго быть счастливым.

В любой армии мира недостаток материальной части обычно восполним людьми. А у нас и людей тоже не хватает.

Если эпидемия пойдет вширь, то рамки морали, пожалуй, еще раздвинутся.

Разумеется, риск заражения – величина не абсолютная.