Цитаты из книги Робур-Завоеватель

Он был весьма богат, что как известно никому не вредит...

Каждый заключенный гораздо больше думает о том, как ему убежать, чем сторож — как устеречь. Поэтому все шансы на стороне заключенного.

Моряк пресноводный!

- А что, Фриколлин, ведь недурно будет на Луну-то прокатиться? Как ты находишь? Там, говорят, отлично... - Я не поеду!.. Ни за что не поеду!.. Я отказываюсь! - завопил глупый негр, принимая всерьез чепуху, которую нес ему повар. - Что так, миленький?.. Нет, это ты напрасно... Мы тебя женим на какой-нибудь лунарке, и ты расплодишь там лунарчат-негров... Разве плохо?

— Ну, сударь, - сказала она под конец, - теперь вы видите, что я была права?
— Права? Но в чем же, милая Грэд?
— Да вот насчет того, что в Грейт-Эйри живет сам дьявол.
— Так ведь этот Робур вовсе не был дьяволом.
— Ну так что ж! - возразила старая Грэд. - По-моему, он был ничуть его не лучше.

Весьма вероятно (ведь его тайна так и осталась неразгаданной), что он извлекал энергию из окружающего воздуха, всегда в большей или меньшей степени заряженного электричеством, подобно тому как знаменитый капитан Немо, погружая свой «Наутилус» в глубь океана, извлекал электричество из окружающей воды.

«Вот оно как, — говорил себе Крокстон. — Но если мисс Дженни и капитан будут дуться друг на друга, мы не придем к соглашению. Надо, чтобы они беседовали, спорили, не соглашались друг с другом, — и пусть меня повесят, если после таких бесед Джеймс Плейфейр сам не предложит ей то, от чего сегодня еще отказывается».

— Что можешь сказать в оправдание? — спросил Джеймс Плейфейр, с трудом сдерживая возмущение.

— Ничего, — отвечал Крокстон.

— С какой целью нанялся на корабль?

— Ни с какой.

— Что теперь от меня хочешь?

— Ничего.

— Ну, отправляйся, Джеймс, — сказал он, — и возвращайся скорее. А главное, не стесняйся использовать выгоды твоего положения. Продавай дороже, покупай дешевле, и тогда ты заслужишь уважение своего дяди.

Первой рекой, которую вспенили колеса пароходов, была река Клайд. Это случилось в 1812 году. Корабль назывался «Комета». Он установил регулярное сообщение между Глазго и Гриноком и двигался со скоростью шесть миль в час. С тех пор больше миллиона пароходов и ботов поднялось и спустилось по течению этой шотландской реки, а жителям великого торгового города, расположенного на ее берегах, пришлось сжиться со всеми чудесами пароходостроения.

В конечном счёте полиция осталась такой, какой она была и какой она пребудет вовеки в нашем лучшем из миров, который не только не достиг совершенства, но и никогда его не достигнет.

«После того как были изучены особенности полёта всевозможных птиц и насекомых, победила следующая простая и мудрая мысль: надо лишь подражать природе, ибо она никогда не ошибается…»

Успехи науки не должны обгонять совершенствование нравов. Надо идти путём постепенного развития, а не путём бурных переворотов. Словом, всему — свой срок!

Что ж, если так, его следует объявить преступником, и тогда все средства, которые отнимут у него возможность вредить, будут законны.

«А вы, вы — „Властелин мира“? — Да, того самого мира, который уже убедился однажды, что я — могущественнейший из смертных».

Будущее воздушных сообщений принадлежит летательным машинам, а не аэростатам.

Итак, буря на мгновение стихла, по крайней мере так казалось. Впрочем, могла ли она на самом деле стихнуть в стране, которая ежемесячно посылает в Европу на крыльях урагана по две-три знатных бури.

Гражданин Джеп Сип, — отвечал Робур, — мне известно, что у вегетарианцев кишки вообще длиннее, чем у прочих смертных, по крайней мере на добрый фут. Это и так немало… не принуждайте же меня ещё больше удлинить их, для начала растянув вам уши.

Как известно, люди ко всему привыкают. Человеческой натуре свойственно относиться всё спокойнее и спокойнее к прошедшим горестям. Постепенно наступает забвение, ибо оно необходимо.