Сорок лет службы, десятки кровопролитных кампаний – черт побери, ведь это я предложил начать нынешнюю войну! – наконец, арест, пытки, восемь лет Ада. Но где-то в глубине души мне до сих пор хочется верить, будто я служил не пьяной продажной шлюхе, а божественно прекрасной леди, за которую не жалко отдать жизнь.
2 понравилось
Ваша оценка