Цитаты из книги Мост птиц

...Прежде чем отправиться восвояси с печальными новостями, их предводитель пришел ко мне. Этот человек по имени Прокопий и так выглядел деревенщиной, да и вино не улучшило его внешний вид. «О великий и могучий мастер Ли, молю, открой мне Секрет Мудрости!» — заорал он во всю мощь своих легких. Глупая улыбка стекала по этому лицу, словно по влажному листу, залитому акварелью, а глаза его напоминали пару розовых голубиных яиц, нежно подпрыгивающих в тарелочках желтого супа вонтон. К моей великой чести, я и глазом не моргнул. «Возьми большую чашу, — начал я. — Наполни ее равными частями факта, фантазии, истории, мифологии, науки, предрассудка, логики и безумия. Придай смеси темный оттенок горькими слезами, добавь три тысячи лет цивилизации, крикни «Пью до дна!» и выпей все досуха». Прокопий уставился на меня, а потом спросил: «И я стану мудрым?» «Лучше, — ответил я, — ты станешь китайцем».

В нем участвуют два претендента, два барабанщика и трое судей. Барабаны отбивают ритм, и после начала танца его запрещено останавливать или изменять. Соревнующиеся должны исполнить шесть обязательных элементов, где каждый сложнее предыдущего. Каждую фигуру надо продемонстрировать в прыжке (обе ноги должны находиться в воздухе), то есть показать точные удары двумя мечами над головой, под ногами и вокруг тела. Они оцениваются в зависимости от изящества и точности движений, близости лезвий к телу и высоты прыжка. Эти обязательные элементы очень важны, так как судьи должны видеть уровень противников, и, если один из них заведомо ниже по мастерству, соревнование тут же останавливают.
Участники начинают танцевать на почтительном расстоянии друг от друга, с каждым элементом сокращая дистанцию. После завершения шести обязательных фигур они стоят почти лицом к лицу. Если судьи остаются довольными, то барабанщики принимаются отбивать ритм седьмого уровня, и вот тогда танец превращается в искусство, ну и, время от времени, в убийство.
Элементы седьмого уровня не заданы изначально. Единственное условие — они должны быть максимально сложными. Танцоры пытаются выразить через них свою душу, но иногда и веселятся. Участник, выполнивший седьмой элемент и еще находящийся в воздухе, может срезать прядь волос противника. Тот может парировать удар и даже ответить на него, но только после того, как исполнит свой танец, и до того, как коснется ногами земли. Если же противник наносит удар, даже мизинцем ноги касаясь земли, то немедленно выбывает из соревнования. Настоящие мастера гнушаются такой легкой целью, как волосы, и стараются подбрить усы или бороду противника, конечно, если тот их носит. Потеря же носа или глаз — это всего лишь профессиональный риск, которому не придается большого значения. Естественно, если танцор запаникует и нарушит ритм, то, скорее всего, погибнет, так как вместо того, чтобы приземляться, взмоет вверх, а его соперник, нацелившись на волосы, срежет ему голову.
Во время обязательных элементов барабанщики играют одновременно, но после шестого уровня они разделяются, отбивая ритм отдельно для каждого танцора, говорят, что по-настоящему великий барабанщик является третьим мечом. <...>
Разумеется, это уровень мастеров. Главным же врагом таких любителей, как, например, Десятый Бык, является не его противник, а только он сам. Мечи остры, как бритва, чтобы обернуть их вокруг себя в элементе седьмого уровня, требуется недюжинная сила, поэтому дилетант светится от гордости, когда после удачной фигуры на земле лежит только одна его нога.
Невозможно словами описать красоту Танца Мечей. Это сплав ловкости, гордости, храбрости, изящества и красоты. Когда встречаются два виртуозных мастера, кажется, будто их тела без усилий парят в воздухе, подвешенные в пространстве, мечи же напоминают ослепительно сверкающие пятна, особенно ночью, при свете факелов. Звон стали о сталь похож на песню колоколов и гонгов, завораживающую не только уши, но и сердце. Каждый великолепный элемент вдохновляет противника на блестящий ответ, а барабанщики словно вбивают ритм прямо в сердца соревнующихся, заставляя их преодолевать границы человеческих возможностей, уходить в области запредельного. Публика кричит, когда лезвие рассекает плоть, льется кровь, но танцоры громко смеются, а потом песок в часах заканчивается, барабаны умолкают, и даже судьи вскакивают со своих мест, аплодируя, когда задыхающиеся противники роняют мечи на землю и обнимаются.