Цитаты из книги Рассказы

Чаще всего наши газеты стремятся породить сенсацию, а не помочь отыскать истину.

"I'm not afraid of danger. What frightens me is fear itself. At the moment I am fighting against fear, but sooner or later I won't be able to fight any more"

And at once - I do not know why - a strange feeling of deep gloom came down on me and covered me like a blanket.

- Но ведь он поэт, а по-моему, от поэта до дурака всего один шаг.

• Совершенно верно, - сказал Дюпен, задумчиво затянулись трубкой, - хотя мне и самому случалось грешить стишками.

  "Похищенное письмо"

Погребение заживо, несомненно, чудовищнее всех ужасов, какие выпали на долю смертного.

"Заживо погребенные"

Большинство людей считают мудрецом только того, кто высказывает предположение, идущее вразрез с принятыми представлениями.

"Тайна Мари Роже"

... Но он всё же славный малый. Он мне особенно нравится тем мастерским вывертом, который и завоевал ему репутацию такой проницательности: он умеет "отрицать существующее и изъяснить то, чего нет".

Он говаривал, шутя, что у большинства людей есть окошко в груди, через которое он, по крайней мере, может видеть всё, что происходит в самом их "нутре".

А ведь именно отклонение от простого и обычного освещает дорогу разуму в поисках истины. "Убийство на улице Морг"

Если существует на свете крайняя, неограниченная власть, - это власть сильной личности над более податливыми натурами сверстников в годы отрочества.

"Вильям Вильсон"

Кому не случалось сотню раз совершать дурной или бессмысленный поступок безо всякой на то причины, лишь потому, что этого нельзя делать?

"Черный кот"

Нет болезни ужаснее пристрастия к Алкоголю!

"Черный кот"

Для мудрости нет ничего ненавистнее хитрости. Сенека

Но нет худа без добра, и сильнейшее потрясение вызвало неизбежный перелом в моем рассудке. Я обрел душевную силу — обрел равновесие. Я уехал за границу. Я усердно занимался спортом. Я дышал вольным воздухом под сводом Небес. Я и думать забыл о смерти. Словом, я сделался совсем другим человеком и начал новую жизнь.

Эта ошеломляющая тенденция поступать себе во вред ради вреда не поддается анализу или отысканию в ней скрытых элементов. Это врожденный, изначальный, элементарный импульс.

Каждую ночь умирают в постелях люди, хватая руки преподобных исповедников и жалобно смотря им в глаза, — умирают с отчаянием в сердце, захлёбываясь ужасными тайнами, которые не терпят раскрытия. Порою, увы, совесть человеческая возлагает на себя ношу, столь преисполненную ужасом, что сбросить её можно только в могилу.

– Еще одна из ваших причуд! – сказал префект, имевший манеру называть «причудами» все, что превосходило его понимание, а потому живший поистине среди легиона «причудливостей».

...чтобы правильно оценить то влияние, которое может иметь на человечество всеобщая и подлинная демократия, необходимо учесть, насколько удалена от нас та эпоха, в которую это возможно осуществить

Невидимое – единственная реальность.