Цитаты из книги Холмы

Тронь своим пальцем конец пера, угол стола: ты увидишь, это вызовет боль. Там, где вещь остра, там и находится рай предмета, рай, достижимый при жизни лишь тем, что вещь не продлишь.

Старение! Здравствуй, мое старение! Крови медленное струение. Некогда стройное ног строение Мучает зрение. Я заранее Область своих ощущений пятую, Обувь скидая, спасаю ватою. Всякий, кто мимо идет с лопатою, Ныне объект внимания.

Для школьного возраста

Ты знаешь, с наступленьем темноты пытаюсь я прикидывать на глаз, отсчитывая горе от версты́, пространство, разделяющее нас.

И цифры как-то сходятся в слова, откуда приближаются к тебе смятенье, исходящее от А, надежда, исходящая от Б.

Два путника, зажав по фонарю, одновременно движутся во тьме, разлуку умножая на зарю, хотя бы и не встретившись в уме.

Человек страшней, чем его скелет.

Мы, оглядываясь, видим лишь руины.

я любил тебя больше, чем ангелов и самого, и поэтому дальше теперь от тебя, чем от них обоих

Бей в барабан, пока держишь палочки, с тенью своей маршируя в ногу!

Как нас учат книги, друзья, эпоха: завтра не может быть также плохо, как вчера, и слово сие писати в tempi следует нам passati.

Песня невинности, она же - опыта

Мы боимся смерти, посмертной казни. Нам знаком при жизни предмет боязни: пустота вероятней и хуже ада. Мы не знаем, кому нам сказать "не надо".

Песня невинности, она же - опыта

И, взгляд подняв свой к небесам, ты вдруг почувствуешь, что сам — чистосердечный дар.

Как жаль, что тем, чем стало для меня твое существование, не стало мое существованье для тебя.

Затем, что дни для нас — ничто. Всего лишь ничто. Их не приколешь, и пищей глаз не сделаешь: они на фоне белом, не обладая телом незримы. Дни, они как ты; верней, что может весить уменьшенный раз в десять один из дней?

Такой мороз, что коль убьют, то пусть из огнестрельного оружья.

На чье бы колесо сих вод не лить, оно все тот же хлеб на свете мелет.

светская любовь — лишь долг певца, духовная любовь — лишь плоть аббата

В эту зиму с ума я опять не сошел. А зима, глядь, и кончилась. Шум ледохода и зеленый покров различаю. И, значит, здоров. С новым временем года поздравляю себя и, зрачок о Фонтанку слепя, я дроблю себя на сто. Пятерней по лицу провожу. И в мозгу, как в лесу — оседание наста.

Обычно тот, кто плюет на Бога, плюет сначала на человека.

Легче вспомнить то, что отсутствует, чем восполнить это чем-то иным снаружи.

А то, что очевидно для людей, собакам совершенно безразлично. Вот это и зовут: "собачья верность".

Спасти сердца и стены в век атомный, когда скала - и та дрожит, как жердь, возможно лишь скрепив их той же силой и связью той, какой грозит им смерть.