Цитаты из книги Посторонний. Чума

...умереть в тридцать лет или в семьдесят - невелика разница, все равно другие мужчины и женщины останутся жить после тебя, и так будет еще тысячи лет.

Единственное, что мне важно, это обрести внутренний покой.

Все люди на свете - избранные. Других не существует.

У него выходило, что людской суд ничего не значит, важен только суд божий. Я сказал: меня-то осудили люди.

Никогда не встречал такой очерствелой души, как у вас!

В конце концов можно привыкнуть ко всему.

Недавнее моё бурное негодование очистило меня от всякой злобы, изгнало надежду и, взирая на это ночное небо, усеянное знаками и звёздами, я в первый раз открыл свою душу ласковому равнодушию мира.

Среди нагромождения трупов, тревожных гудков санитарных машин, знамений, подаваемых так называемой судьбой, упрямого топтания страхов и грозного бунта сердец беспрерывно и отовсюду шел ропот, будораживший испуганных людей, твердивший им, что необходимо вновь обрести свою подлинную родину.

... есть только одно средство - это любить или умереть вместе.

Понятно,наша любовь была по-прежнему с нами,только она была ни к чему не приложима,давила всех нас тяжёлым бременем,вяло гнездилась в наших душах,бесплодная,как преступление или смертный приговор.Наша любовь была долготерпением без будущего и упрямым ожиданием.

Самые великие беды монотонны в силу своей протяжённости.

Необходимо бороться теми или иными способами и никоим образом не становиться на колени.

Пока мы друг друга любили,мы обходились без слов.Но ведь любовь проходит.Мне следовало бы тогда найти нужные слова,чтобы её удержать,а я не нашёл.

Конец истории был как у всех: женятся,ещё любят немножко друг друга,работают.Работают столько,что забывают о любви.

"Но есть ведь такие города и страны, где люди хотя бы временами подозревают о существовании чего-то иного. Вообще-то говоря, от этого их жизнь не меняется. Но подозрение все-таки мелькнуло, и то слава Богу."

Но нет, – думал доктор, – есть только одно средство – это любить или умереть вместе. А они чересчур далеко

Он спросил, неужели мне не интересно переменить образ жизни. Я ответил, что жизнь все равно не переменишь

Тогда я решил во что бы то ни стало и говорить и действовать ясно, чтобы выбраться на правильный путь.

Думая, как бы поскорее освободить своих близких из пленения, он уже не думает о том, кого надо освободить.