Цитаты из книги Пьесы

Иногда вдруг отчетливо понимаешь, что жизнь проходит. И довольно быстро. Люди смешны. Вот если я потерял два рубля – я огорчусь. А каждую секунду мы теряем секунду жизни. И ничего, не замечаем.

Ты ужасно разговариваешь. Впрочем, жаргон – это язык шиворот-навыворот. Это язык молодости. Однажды мы заговорим правильно – и это будет означать, что молодость прошла.

Человек – не тот, кто он есть на самом деле, а тот, кем он мечтал стать. Просто в силу тех или иных причин часто что-то не получается в жизни. А вот встретишь незнакомого человека – и ничего он о тебе не знает, и ты можешь держать себя с ним так, будто все у тебя вышло. С незнакомыми людьми легко.

Людям моложе ста двух лет свойственна вера в "необыкновенную встречу".

Глупость, конечно, но все-таки мечта.

Ты мне просто невозможно нравишься… К чему бы это? Я думаю – к дождю.

Меня в больнице зовут "колокольчик". Говорят: чем больше бьют - тем больше звенишь!

Людям моложе ста двух лет свойственна вера в «необыкновенную встречу». Без этой веры можно было бы умереть от скуки. Идет по улице человек. Упал и умер. Все думают — он от инсульта. А он — от скуки.

Странно, вчера я не знала ни вас, ни его. Когда люди не знают друг друга, они как будто живут на разных планетах.

И всегда ты смеешься. А я знаю, отчего ты всегда смеешься. Все знаю. (Торжествующе.) Потому что, если ты перестанешь смеяться… ты задумаешься над своей жизнью! И тогда ты умрешь!

Мы постараемся говорить друг другу только правду. Этого еще никто не сумел. Идет?

Человек – не тот, кто он есть на самом деле, а тот, кем он мечтал стать.

Он, наверное, голодный. Я заметила: когда мужчины голодные, они становятся психами.

Хорошо бы все люди лет на пять замолчали. Вот тогда у всех-всех слов появился бы снова большой смысл.

Не трогайте первых браков. Это браки детей. Их легко уничтожить. Дети все преувеличивают. Взрослые умеют прощать. Они знают, что все в мире объяснимо. И измены тоже. А для детей — это конец. Как правило — конец. Будьте милосердны! Не трогайте первых браков!

В восемнадцать лет мы ужасные дуры. Кино, книжки, все – про него. И вот мы ждем его. Необыкновенного его.

Неплохой человек - это еще не профессия.

Понимаешь, нам было очень легко… сначала… за это нужно расплачиваться. Дальше нам будет все тяжелее, тяжелее… потому что я хочу уважения. А я его, в общем, не заслужила… а я его хочу… потому что… ну я… я хорошо к тебе отношусь. Если бы я хуже относилась… я бы могла… Молчание. А сегодня я точно поняла… ты никогда не будешь… так ко мне относиться, как я хочу. Я всегда буду, в общем, чуть-чуть случайной…

У всех у нас за неделю скапливается большое количество лишних эмоций. Они мешают нам мыслить. Короче – одни играют на трубе… Другие бросают стулья на пол… Но все мы так или иначе избавляемся от лишних эмоций.

ЕВДОКИМОВ (просыпается, благодушно). Вы не сон… к счастью? НАТАША. Я быль, к счастью.