Цитаты из книги Геральт

Ты хотя бы знаешь, что такое Предназначение?
– Нет, – согласился он. – Не знаю. Но…
– Если не знаешь, – прервала она, – то никакое «но» уже не поможет. Ты не знаешь. Просто: не знаешь.

Элиза всегда была недалекой, с детства глупой и красивой, действительно чудный материал на жену какого-нибудь короля.

Жизнь – не баллада, маленькая бедная прекрасная поэтесса, заплутавшаяся в своих красивых словах. Жизнь – это борьба. А борьбе научили нас именно вот такие, стоящие больше нас ведьмаки. Это они указали нам дорогу, они проторили ее для нас, они усеяли ее трупами тех, кто был для нас, людей, помехой и препятствием, трупами тех, кто защищал от нас этот мир. Мы, мазель Эсси, просто продолжаем эту борьбу. Мы, а не твои баллады, пишем историю человечества.

Не забывай – я натура сложная.
– Лютик, – вздохнул ведьмак, действительно чувствуя, как слипаются глаза. – Ты циник, свинтус, бабник и лжец. И ничего, поверь, ничего сложного в тебе нет.

Неполное счастье, – продолжал Лютик, вслушиваясь в собственный голос, – это как… как прерванный поцелуй.

Вижу, ваше слово и взаправду не дым. Вы ведь обещали зайти сразу же поутру и заплатить за вчерашнее. А я-то, это ж надо, подумал, вы врете, как всегда. Я прям-таки сгораю со стыда.
– Совершенно напрасно сгораешь, добрый человек, – беспечно бросил трубадур. – Потому как денег у меня нет. Поговорим об этом после.

Не учите меня жить, – гордо выпятил живот краснолюд. – Я ходил послом, когда вы еще хлеб называли «ням-ням», а мух – «муф-муф».

Мир, повторяю, – Доррегарай равнодушно посмотрел на него, – пребывает в равновесии. Природном. У каждого вида есть свои естественные враги, и каждый является естественным врагом для других видов. К людям это тоже относится. Уничтожение естественных врагов человека, чему ты посвятил свою жизнь и что уже становится заметно, грозит вырождением расы.

Оба вы работаете в одной области, так сказать, только Эйк – идеалист, а ты – профессионал. Почти никакой разницы, особенно для тех, кого убиваете.

И ты едешь и выполняешь?
– Зависит от того, кто вызывает и зачем.
– И за сколько?
– Тоже верно. – Ведьмак пожал плечами. – Все дорожает, а жить надо, как говаривала одна моя знакомая колдунья.

Встречаются и такие, – медленно проговорил Геральт, – что предпочитают компанию прокаженных обществу ведьмака.
– Есть и такие, – засмеялся Три Галки, – которые предпочитают овец девушкам. Что ж, им можно только посочувствовать. И тем и другим.

У меча предназначения два острия. Одно из них - ты. Другое - смерть.

– Калі нехта выкажа табе спачуванне, сімпатыю і адданасць, калі захопіць цябе цэльнасцю характару, цані гэта, але не блытай... з чымсьці іншым.

шэсць – гэта акурат столькі, колькі трэба, ні зашмат, ні замала. Жэрці цяля і жлукціць бочку лепш за ўсё ўшасцёх.

– А цяпер пайшлі прымушаць ведзьмароў слупянець ад нашай прыгажосці. Лепшае відовішча знайсці цяжка. А потым возьмем санкі і размажам макіяж па сумётах.

- Знаешь в чём твоя проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей "инностью", с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей "ненормальностью" нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

Нет ничего более опасного, нежели научно обоснованный шовинизм

Мы забыли, что не одни живем на свете, что мы — не пуп этого мира. Словно глупые, обожравшиеся, ленивые караси в затянутом тиной пруду, мы не верили в существование щук. Мы допустили, чтобы наш мир, как этот пруд, заилился, заболотился и провонял. Посмотрите вокруг — повсюду преступность и грех, алчность, погоня за прибылью, скандалы, несогласие, падение нравов, потеря уважения ко всем ценностям. Вместо того чтобы жить, как того требует Природа, мы принялись эту Природу уничтожать