Цитаты из книги Контрапункт

...единственная истина, представляющая для нас ценность и доступная нам — это истина человеческая. Искать эту истину нужно всем существом, а не какой-то отдельной частью его. Учёные же стремятся к нечеловеческой истине. Конечно, им никогда не удаётся достичь её: ведь даже учёный не может перестать быть человеком. ... Нашу истину, человеческую истину, можно найти только в процессе самой жизни — полной, разносторонней жизни цельного человека.

Жить интеллектуально много легче, чем жить реальной жизнью и заботиться о своих родных…

Иисус и ученые подвергают нас вивисекции…

— Живопись — одна из форм чувственности, — отвечал он тем, кто осуждал его образ жизни. — Написать обнажённое тело может только тот, кто подробно изучил его руками, губами и всем телом.

Он торопливо шел дальше, ненавидя ее за то, что причинял ей боль.

Ни одна оргия не бывает такой захватывающей, как порнографический роман.

Стыд возникает вовсе не самопроизвольно. Нам его прививают. Можно заставить людей стыдиться чего угодно. Стыдиться жёлтых ботинок при чёрном сюртуке, неподобающего акцента, капли, висящей на носу. Решительно всего, и в том числе тела и его функций. Но этот вид стыда ничуть не менее искусствен, чем все остальные. Его выдумали христиане, подобно тому как портные с Сэвил-роуд выдумали, что стыдно носить жёлтые ботинки при чёрном сюртуке.

когда человек находится в положении раскаивающегося мелодраматического злодея, он неизбежно начинает вести себя именно как раскаивающийся злодей. Это делается помимо его воли.

Может быть, именно потому, что он слишком любил власть, ему не удавалось любить красоту. Закон компенсации.

Местное самоуправление у индусов в эпоху императоров из династии Маурья продолжало требовать постоянных поездок мистера Куорлза в Британский музей, по крайней мере два раза в неделю, и каждый раз на целый день.

— Когда вам надоест болтать и вы надумаете что-нибудь сделать, сообщите мне. Я жажду настоящей жизни.

если ты убеждённый коммунист, или учёный-материалист, или поклонник русской революции, то теории у тебя весьма и весьма странные.

— Ах, генерал! — Люси скорчила гримасу. — Сегодня вечером я получила солидную дозу контрразведки. Положительно, его следовало бы запретить. Не учредить ли нам Общество борьбы с генералами?

Ненавижу шум, производимый культурными, почтёнными, уважаемыми людьми, вот как вся эта публика.

"Как он ломается! Он явно переигрывает, словно старается убедить самого себя, что он действительно существует."

Тогда я впервые вкусил от алкоголя и покера и познал разницу между живыми женщинами и женщинами в отроческом воображении. Какое откровение - первая настоящая женщина! И в то же время - какое тошнотворное разочарование! После лихорадочных грез и порнографических книг это казалось таким плоским.