Цитаты из книги Длинный путь

Дорога почти всегда убивает потребность шутить.

Неверно, что выживает тот, кто сильнее физически; в этом состояла моя ошибка, повлиявшая на решение участвовать. Если бы это было так, у меня был бы небольшой шанс. Но бывает, что слабый человек может поднять автомобиль, если под колесами лежит его жена. Это мозг, Гаррати. Этого не может ни человек, ни Бог. Это что-то… в мозгу

Они - животные, правильно. Но почему ты думаешь, что мы - люди?

Это не бейсбол. Здесь все по-настоящему.

Ты же знаешь, тех, кто отговаривает участвовать в Длинном пути, тоже могут забрать.

После полуночи они встретили, наверное, около дюжины сонных зрителей, представителей того невымирающего типа людей, которые каждый год тридцать первого декабря упорно дожидаются полуночи и встречают Новый год.

Добрый старый Стивен Фостер. Упился до смерти. Как и Эдгар По — так вроде бы считается. Некрофил По еще и женился на четырнадцатилетней кузине. Значит, он к тому же педофил.

Никто ничего не говорил. Каждый погрузился в свой отдельный мир страданий и борьбы за жизнь. Невероятно долгие секунды, долгие, как часы.

#bookhook

Совет тринадцатый: берегите энергию при любой возможности 

Мы ничего не приносим в этот мир и ничего не можем из него унести. 

Совет шестой: берегите дыхание

Ему захотелось закутаться в себя, как малыш закутывается в плед и воображает, что укрылся от всех неприятностей. Укройся – и жизнь станет намного проще.

Да на самом деле нам всем нечего терять. Поэтому и отдавать легче.

Шагай или умрёшь, такова мораль этой истории.

Интересно было бы знать, о чём думал Сократ уже после того, как принял цикуту.

Макврайс подозрительно взглянул на него:

— Устаешь?

— Нет, — отозвался Гаррати. — Я уже давно устал. — Он как будто с раздражением посмотрел на Макврайса. — Хочешь сказать, ты не устал?

— Ты, Гаррати, танцуй со мной так, как танцевал до сих пор, — ответил Макврайс, — и я никогда не устану. Мы только сотрем башмаки до дыр и добредем до звезд и до луны.

Он быстро поцеловал Гаррати и отошел. Гаррати посмотрел ему вслед. Он не знал, что ему думать про Макврайса.

Здесь победит не тот, кто сильнее — тогда у меня был бы шанс, — а тот, кто сможет идти, несмотря ни на что. Ни на кого. Это не в ногах, а в мозгу.

– <...> Рождаясь, мы ничего не приносим в этот мир, и уж точно ничего не можем забрать, умирая. – Да, но коротать время между этими двумя событиями приятнее в комфорте, ты так не думаешь? – сказал МакФриз. – Ах, да, комфорт, бля, – сказал Гэррети. – Если один из головорезов вон на той вот машинке подстрелит тебя, ни один доктор в мире не сможет тебя оживить, перелив дозу сотенных.

Любовь - это залезть и вставить. Это ничто! Это мерзость, вот и все!

Главное… не давать себе воли желать чего-нибудь, рассчитывать на что-то. Двери закрываются. Закрываются одна за другой.

Даже ужас изнашивается. Может наступить пресыщение даже смертью.

Я советовал бы всем американцам ходить пешком как можно чаще. Ходьба не только полезна для здоровья; она — удовольствие. Джон Ф. Кеннеди (1962)

Яркие лучи полуденного солнца отражались в стеклах очков Главного.