Цитаты из книги Рассказы и крохотки

"Труд сам по себе никого и никогда не исправлял и не обогощал. Учит и лечит труд сознательный, целенаправленный, товарищеский и, главное, свободный. Труд, справедливо вознаграждаемый, связанный с положительными эмоциями."

И - своё земное тепло посылаешь им в обмен: может, и мы чем-то пособим? И - обещанье встречи. (Поминовение усопшим)

И ещё спасибо бессоннице: с этого огляда - даже и нерешаемое решить. (Ночные мысли)

И отпущено каждому живущему только: свой труд - и своя душа. (Лихое зелье)

Ясное старение - это путь не вниз, а вверх.

И есть наслаждение духа - ограничиваться в поедании, не искать вкусовых переборов. И тонкий голосок синиц в ещё оснеженном полувесеннем лесу - вдвойне милее от того, что скоро ты их не услышишь, наслушивайся! А какой неотъёмный клад - воспоминания; молодой того лишён, при тебе же они все, безотказно, и живой отрывок их посещает тебя ежедень - при медленном-медленном переходе от ночи ко дню. (Старение)

Старение - вовсе не наказание Божье, в нём своя благодать и свои теплые краски. (Старение)

Нет, всю Русь до конца не допустит Господь утопить... (Колокольня)

Кто хочет увидеть единым взором, в один окоём, нашу недотопленную Россию - не упустите посмотреть на калязинскую колокольню. (Колокольня)

Те раскатные колокольные удары - клич великой Беды - и предвестили смуту первую. Досталось и мне, вот, сейчас ударить в страдальный колокол - где-то в длении, в тлении Смуты Третьей. И как избавиться от сравненья: провидческая тревога народная - лишь досадная помеха трону и непробивной боярщине, что четыреста лет назад, что теперь. (Колокол Углича)

Так и нас, иного: когда уже постигает удар кары-совести, то - черезо всё нутро напрострел, и черезо всю жизнь вдоль. И кто ещё остоится после того, а кто и нет. (Молния)

Как легко мне жить с Тобой, Господи! Как легко мне верить в Тебя. (Молитва)

В эти камни, в колоколенки эти, наши предки вложили всё всё лучшее, всё своё понимание жизни. Ковыряй, Витька, долбай, не жалей! Кино будет в шесть, танцы в восемь... (Путешествуя вдоль Оки)

И всегда люди были корыстны, и часто недобры. Но раздавался звон вечерний, плыл над селом, над полем, над лесом. Напоминал он, что покинуть надо мелкие дела, отдать час и отдать мысли - вечности. (Путешествуя вдоль Оки)

Пройдя просёлками Средней России, начинаешь понимать, в чём ключ умиротворяющего русского пейзажа. Он - в церквях. (Путешествуя вдоль Оки)

Никого в наше время не удивляет, что человек каждодневно служит терпеливо и внимательно телу своему. Но оскорблены были бы, если бы так служил он духу своему. (Приступая ко дню)

В трёх войнах теряли мужей, сыновей, женихов - пропадите, постылые, под деревянной крашеной тумбой, не мешайте нам жить! Мы то ведь никогда не умрем! (Мы-то не умрем)

А ещё есть такие, кто умрет за отечество - ну, как тебе или мне ещё придется. (Мы-то не умрем)

Если в какой семье смерть, мы стараемся не писать туда, не ходить: что говорить о ней, о смерти, мы не знаем.. (Мы-то не умрем)

Едва преодолев свой ужас, они заворачивали, кружились и - какая-то сила влекла их назад, к покинутой родине! - и были многие такие, кто опять взбегали на горящее брёвнышко, метались по нему и погибали там. (Костёр и муравьи)