Цитаты из книги Лабиринт Минотавра. Романы. Рассказы

В первой линии будут дьяволы, демоны, суккубы, инкубы и все прочие того же класса. Правым флангом командует Велиал, левым — Вельзевул. Его Сатанинское Величество возглавит центр.

— Попахивает средневековьем, — пробормотал генерал Делл.

— Я увидел, — сказал первый из троих, весьма известный писатель, бессчетные драмы, великие и мелочные. И я понял, что нашел замочную скважину Вселенной, которую Борхес назвал Алефом.

- Какую еще одежду? - строго уставившись на Слобольда, спросил мистер Беллис. - У них нет никакой одежды. Никогда не было и очень скоро не будет опять.

- Нисколько не сомневаюсь в вашем мастерстве, - пояснил он, - но платье должно быть сшито тютелька в тютельку.

Слобольд понял, что у дамы, которой предназначалось платье, на животе три груди, причем каждая своей величины и формы.

Да разве не все формы жизни имеют право на существование - право полное и неограниченное? Неужели всякая земная тварь обязана служить одному единственному виду,иначе её сотрут с лица Земли?

Старухи и дети! Вот хранители скудной мудрости,которой обладает этот народ.

... цинизм - лишь форма наивности. Мудрость есть проницательность.

Они находились на вилле Калигулы, расположенной в Восточному Аду в отделении для завистников. Император Август построил Калигуле эту виллу, чтобы он не шлялся по имперскому генеральному штабу и не раздражал всех безумным хихиканьем и неосуществимыми планами.

Всякий враль вынужден строить свою жизнь по законам ненавистного,противоестественного постоянства. Играешь свою роль,а она становится твоим мучением и карой.

Шельмо собрался провести на вершине Санито несколько геологических эпох, практикуясь в сосредоточении и медитации. Хотя до божественности он уже дотренировался, Шельмо находил свою технику недостаточно утончённой и решил её немного улучшить.

Бог, до своего восхождения известный местным жителям под именем Шельмо, вырубил себе пещеру в скалах на вершине Санито. Он сработал тюфяк изо льда и молитвенный коврик из лишайника – для божества, способного вырабатывать собственное тепло, этого вполне достаточно.

Знаешь, бухгалтером может стать каждый. Но лишь считанным единицам подвластно искусство Черной Магии.

<...> если вам преподносят в дар пакет, не помеченный «Двадцать долларов», то надеются получить деньги каким-то другим способом.

Ведь желание - чрезвычайно мощное оружие.

— Царь никогда не платит за то, что может получить даром, — ответил ферра. — Поэтому он и богат.

Раздираемый на части противоречивыми желаниями своих компонентов, Кромптон постарался восстановить равновесие, распространив свою власть на них обоих. Он начал борьбу за слияние их в единое, устойчивое целое. Но его составные части, в свою очередь, бились каждый за свою автономию. Линии расщепления углублялись, раскол становился непреодолимым, и Кромптон почувствовал, что зашаталась его собственная стабильность, что над его рассудком нависла угроза.

В такие исключительные дни не жалели никаких затрат. Из глубочайших погребов Кромптон заказывал самые дорогие субстанции: масло редоленса с Тармака II; целых десять щепоток коры ржиа с Алклептона, одна унция которой стоила шестьдесят тысяч долларов; и даже шестьдесят граммов несравненных почек люристии, сверхценного растения, которое произрастает только на пяти акрах священной земли на грязной планете Альфон IV.

Как странно, подумал он, оказывается, можно заблудиться в собственном городе, даже прожив в нем почти двадцать лет.

Человек может умереть от раздражения.