Цитаты из книги Пёстрые рассказы

Надежды, - говорил Платон, - сны бодрствующих.

Известно, что философы Лакид и Тимон очень много пили.

Павсаний из Керамика был влюблен в поэта Агафона. Это все знают.

Тот, кто отказался от золота, выказал больше великодушия, чем тот, кто дал его.

Антисфен многих побуждал заниматься у него философией, но желающих не было.

Лаконский юноша, за бесценок купивший землю, был предан в руки властей и наказан. Основанием для приговора послужило то, что он, еще совсем молодой человек, соблазняется выгодой. Мужественный дух лаконцев сказался и в том, что они воюют не только против врагов, но и против корысти.

В городе Стагире существовал поистине эллинский закон, гласивший: «чего не клал, того не бери».

Диоген из Синопы, смертельно больной, едва передвигая ноги, добрел до моста вблизи гимнасия, упал там и велел сторожу, когда тот заметит, что он уже не дышит, бросить его в Илисс. Столь равнодушен был философ к смерти и погребению.

Архит вообще был человеком стыдливым и боялся произносить непристойные слова. Если же обстоятельства вынуждали его сказать что-нибудь в таком роде, верный себе, он молча писал неприличное слово на стене, пальцем указывал на то, что его заставляют сказать, но, вопреки всему, не произносил.

Гераклеот Зевксис, нарисовав Елену, разбогател благодаря этой картине, ибо не разрешал любоваться ею бесплатно, когда и сколько угодно: сначала требовалось внести определенную плату и только потом смотреть. Так как художник брал деньги, показывая свою картину, эллины, современники живописца, прозвали его Елену гетерой.

Кифарист Амеб был, говорят, необычайно целомудрен и, имея красавицу жену, не жил с нею. Трагический актер Диоген тоже испытывал отвращение к любви. Атлет Клитомах, упражнявшийся в панкратии, отворачивался, если натыкался на собачьи свадьбы, и уходил с пира, когда разговор касался любовных дел.

Сократ редко посещал театр, разве когда трагический поэт Еврипид выступал со своими новыми драмами.

Во время выборов стратега афиняне предпочли Демада Фокиону. Гордый этим избранием, он подошел к Фокиону со словами: «Одолжи мне грязный плащ, который ты носил, когда был стратегом». Фокион ответил: «Тебе хватит грязи и без этого плаща».

Аристотель, в страхе перед судом бежав из Афин, на вопрос какого-то человека: «Каковы Афины?» — ответил, намекая на сикофантов: «Великолепны», но

Груша за грушей там зреет, за яблоком яблоко,

Смоква следом за смоквой. .... .

Спросившему же, почему он покинул Афины, Аристотель ответил, что не желает, чтобы сограждане вторично совершили преступление перед философией. Он имел в виду смерть Сократа и грозящую ему самому опасность.

Никто не осмеливался приблизиться к Александру — так велик был страх перед ним с тех пор, как высокомерие и удача сделали из него тирана.

Люди, еще глубже проникшие в природу вселенной, полагают, что самый мир постепенно изнашивается.

Зло замышляя другому, ты сам от него и страдаешь.

Ведь общепризнано, что и слово, если оно обладает выразительностью, способно не хуже ваятеля или художника воспроизвести свой предмет.