Цитаты из книги Убить некроманта

Деревенская дуреха. Виверны – не драконы. Это совсем другие существа. К тому же Лапочка совсем ручная и мой Дар ее контролирует. А детям нравится играть с животными. И полезно – они приучаются думать о других живых созданиях. Мы с малышом кормили виверну мясом и обсудили, что она может кусаться, если останется голодной. Поэтому нужно вовремя давать ей кушать. По-моему, с точки зрения воспитания вышло очень назидательно и благочестиво.
К тому же я заметил, что Тодд говорит тем лучше, чем чаще я захожу с ним поиграть. И пользуясь этой посылкой, сделал вывод, что наши игры идут его разуму на пользу. Поэтому не слушал бабью глупую болтовню его матери и старался играть с ним, если выпадал свободный час. Меня, правда, огорчало, что дитя не унаследовало от меня даже искорки Дара, зато нравилось, что оно ничего не боится. Я и вампиров бы ему показал – но ангелочек был еще мал, уставал и засыпал до заката.

Для мертвых такая погода приятнее, чем для живых. И я не взял живых, оставив их в резерве, в предместьях – ждать сигнала или вестника. Потом воззвал к Тем Самым Силам, прося себе на эту ночь взора неумершего – меня услышали, и мир вокруг будто высветили изнутри. Я теперь видел, как вампиры – а значит, видел лучше кошки или филина, что показалось мне полезным для ночного боя.
Мои мертвые бойцы двигались тише и быстрее, чем живые – прав поэт, сказавший: «Мертвые ездят быстро». Вампиры в виде седых нетопырей летели рядом с моим вороным.
....
Зато тьма нимало не мешала мне, даже помогала. Я пил ее, дышал ею, она наполнилась смертями – и я содрал с рук повязки, снова вскрыл едва закрывшиеся порезы запел. Дар залил площадь кипящей волной. Мертвецы из моей гвардии превратились в неуязвимых и неутомимых чудовищ, а только что убитые, еще не остывшие бандиты вставали, едва успев упасть, чтобы присоединиться к моим слугам. Уцелевшие визжали от ужаса. Еще через несколько минут они побежали врассыпную – но площадь была окружена моей гвардией. Вампиры не выдержали натиска Дара и запаха свежей крови – и ввязались в свалку, убивая вне Сумеречного Кодекса, направо и налево, как живые солдаты, но с упоением, вряд ли доступным смертным.

Я спал в оружейном зале, на тюфяке, брошенном на пол. Виверну, которой эта опочивальня принадлежала, не запугаешь и не подкупишь, так что желающих убить меня во сне не нашлось. Правда, несмотря на весь мой хвалёный аскетизм, такая мера предосторожности не устраивала меня в качестве постоянной: во-первых, жилище Лапочки благоухало отнюдь не жасминовой эссенцией, а во-вторых, она завела очаровательную моду спать рядом со мной, положив мне на живот голову с весом с небольшой сундук.

Редкостно ласковая зверушка.