Цитаты из книги The Misanthrope

Все люди, черт возьми, так созданы от века: Тщеславие – рычаг всех действий человека.

Мы любим иногда, не ведая о том, А часто бред пустой любовью мы зовем.

Все, что нас при дворе и в свете окружает, Все то, что вижу я, глаза мне раздражает; Впадаю в мрачность я и ощущаю гнет, Лишь посмотрю кругом, как род людской живет! Везде – предательство, измена, плутни, льстивость, Повсюду гнусная царит несправедливость; Я в бешенстве, нет сил мне справиться с собой, И вызвать я б хотел весь род людской на бой!

Да, люди, черт возьми, не правы никогда. И к ним в моей душе всегда живет вражда. Всегда одно из двух: достойные презренья, Они иль низко льстят, иль судят без зазренья.

О нет! Согласен я, что всюду ложь, разврат, Что злоба и корысть везде кругом царят, Что только хитрости ведут теперь к удаче, Что люди бы должны быть созданы иначе. Но все ж достаточно ль для нас таких идей, Чтоб вычеркнуть себя из общества людей? Быть может, служат нам людские недостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты и благородны, То добродетели вам стали б непригодны.

В молитве нет ее усердней и верней, Зато прислугу бьет, не платит денег ей; Нет в церкви ревностней ее святого пыла, А вместе сыплются с лица у ней белила.

Да, да, одни льстецы, бесспорно, виноваты В том, что пороками все люди так богаты.

Вот вам и искренность! Опаснейшая штука! Вы нажили врага! Ну что ж, вперед наука.

Нет! Раз по-волчьи вы живете меж людьми, Я более не ваш – довольно, черт возьми!

Кто прятать мысль свою и чувства не умеет, Тот в этом обществе, поверьте, жить не смеет. Да, от двора вдали, на трудовом пути Чинов и титулов, конечно, не найти; Зато, лишившися надежды возвышенья, Не надо нам терпеть отказов, униженья, Не надо никогда играть нам дураков, Не надо восхвалять посредственных стишков, Не надо выносить от милых дам капризов И остроумие терпеть пустых маркизов!

Кто жалок, некрасив, пусть, без ума влюбленный, Терзается у ног богини непреклонной. Пусть неудачники, вздыхая без конца, Слезами размягчить стараются сердца, Стремясь путем мольбы и длительной осады Добиться, наконец, желаемой награды. Но мне подобные... Я не привык, маркиз, Чтоб дамы на меня смотрели сверху вниз; И как бы ни пленял предмет мой красотою, Я все же думаю, что я не меньше стою.

И тот, кто любит всех, тот никого не любит.

Но раз вам по душе пороки наших дней, Вы, черт меня возьми, не из моих людей. То сердце, что равно всем безразлично радо, Просторно чересчур, и мне его не надо. Хочу быть отличен - и прямо вам скажу: Кто общий друг для всех, тем я не дорожу!

Быть может, служат нам людские недостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, - Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты и благородны, То добродетели вам стали б непригодны. Все их величье в том, чтоб с пошлостью и злом Могли встречаться мы с безоблачным челом; И сердца чистого глубокие порывы...

Чем больше любим мы, тем менее мы льстим. Нет, чистая любовь не знает всепрощенья, И правду говорить готов я без смущенья.

Все люди, черт возьми, так созданы от века: Тщеславие - рычаг всех действий человека. Вот вам та доброта, та совесть, правда, честь, Которая у них в их жалких душах есть! Довольно! Кончено! Страдать от них нелепо; Прочь от разбойников, из гнусного вертепа! Нет! Раз по-волчьи вы живете меж людьми, Я более не ваш - довольно, черт возьми!

Чем больше любим мы,тем меньше льстим.