Планета - шахматная доска

Странно было читать про бравого солдата, поведение которого больше смахивало на пубертатного ведомого подростка, чем на ветерана с тридцатью годами за плечами. И ну да ладно, может, издержки профессии, ведь постоянные перелёты, взрывы сделали своё дело, но всё равно… мужественный воин внезапно начинает метаться, будто ему пятнадцать, и он впервые увидел девушку постарше, а та ещё и дала мальчишке заветную запрещённую сигаретку и средний пальчик облобызать.

Действие происходит на сплошь покрытой облаками Венере, на ней бесконечные моря, а единственные города - подводные купола, в которых живут учёные и всякие важные люди, которым, конечно же, плевать на всё с высокой колокольни. На поверхности планеты джунгли и болота, которые вообще лучше обходить стороной. В общем, такой себе курортный санаторий.

А ещё там есть Вольные Легионы и Скотт, главный герой, состоит в одном из них. Он один из наёмников, которых нанимают цитадели, чтобы воевать друг с другом, потому что самим им воевать лень, а так и деньги платят, и технологии развивают, и все довольны. Легионеры живут в фортах на побережье, постоянно тренируются, и периодически выходят в море, чтобы устроить друг другу небольшую потасовку. Всё затевается ради кориума, в рассказе не объяснено, что это такое, но видимо какой-то ценный ресурс.

И в моменте разворачивается очередная войнушка между крепостями - Монтана против Виргинии. Исход этих битв решает судьбу поставок кориума, а значит и уровень комфорта обитателей подводных куполов.

И вот наш бравый капитан, надышавшись порохом и насмотревшись на смерть товарищей, решает, что это сражение будет для него последним, а всё потому что в жизни наступил момент истины - он встретил Эйлин, настоящую гедонистку, такую крутую, понимаете ли, и она показала ему целый мир. Что же это был за мир? Коктейльчики, да веселящий газ, а ещё её рассуждения о том, что она особенная, он особенный, и поэтому они это судьба. Господибожемой, начинается целая эмо-драма (привет 2007 и мои десять, картонка на рынке и первая розовая футболка с черепами) - меня никто не понимает, вы все не такие, мир прогнил, я живу только ради удовольствий, я пробовала всё, но мир тлен, мне скучно, а ты такой не такой, давай будем вместе. И Скотт всерьёз ведётся на эту подростковую херню, впадает в инфантильный транс и принимает её за какое-то… откровение.

Он проводит с загадочной страдалицей ночь под облаками, слушая её нудные, простите, мудрые речи, а наутро приходит к Джине- женщине, с которой живёт уже пять лет, которая переезжала за ним из крепости в крепость, ждала с каждого сражения, и что он ей говорит? Понимаешь, ты не меняешься, а там судьба, ты не хочешь становиться другой, а Эйлин… вот это гедонистка! она понимает мой внутренний мир. Джина-нервная-система-из-титана при этом сидела с каменным лицом и прекрасно всё понимала, мудрая женщина. Угадайте с одной попытки, к кому всё-таки он вернулся? Да всё понятно, как два пальца.

Я понимаю, что она – образ другого мира, отличного от его, но не могу не утрировать, такова моя противная душная природа.

Очень много здесь рассуждений о войне, её сути, о месте солдата в обществе, о том, что происходит с людьми, когда они посвящают жизнь насилию. Сам Скотт постоянно возвращается к этим мыслям, он говорит, что Вольные Легионы уже анахронизм, что они сражаются ради того, чтобы однажды исчезнуть, что их идеалы фальшивка, а сами они просто продают свои жизни за деньги и, даже не знаю, ощущение собственной значимости что ли. Он сравнивает себя с берсерком, говорит о войне как о нар*котике, рассуждает о том, что Легионам осталось не больше двух веков, а потом они станут не нужны и в начале рассказа это его пророчество подтверждается.

Но в конце он возвращается к тому же, с чего начинал - остаётся в Легионе просто потому что он солдат, несмотря на все возвышенные слова о пустоте и бессмысленности, остаётся в системе, и все его рассуждения ни к чему не приводят. Понятно, что цитадели это один мир - будущее, наука, наслаждение, а форты олицетворяют прошлое, дисциплину, какой-то ложный героизм и самообман, и Скотт оказывается на перепутье, то есть он видит фальшь своей службы и хочет к бедняжке из Цитадели, потому что она предлагает ему уйти в мир чувственных удовольствий, но в конце делает то, что и привык делать – жертвует собой, хотя осознает иллюзорность своих идеалов и то, что наступает конец эпохи.

В финале буквально через страницы чувствуется какая-то вселенская тоска, я даже чуть-чуть поплакала, герой не меняется, и не меняется вообще ничего, он рефлексирует, но остаётся на месте. И это странно, но будто бы правильно… ты читаешь о том, что всё бессмысленно и в конце такие - ну да, всё бессмысленно. Логично.

И всё это невероятно грустно (дальше фраза моей мамы, с которой мы обсуждали эту историю), потому что даже осознавая бессмысленность своего пути, человек часто не в силах его изменить, потому что долг, среда становятся второй природой, а как иначе, и поэтому сентябрь горит, убийца плачет, верните мой 2007, джинсы порезаны, лето, две полоски на кедах.

В следующей жизни обязательно стану кошкой гедонисткой.