Несмотря на то, что в романе о космосе много ярких описаний чужого мира - планеты Регис III, которую исследовал сначала космолет «Кондор», пропавший здесь, а потом и «Непобедимый», все же Станислав Лем в футуристический контекст покорения миров и экспансии человека в галактические дали вписывает умело и хирургически точно психологическую подоплеку и философскую позицию. На поверку, название «Непобедимый» — это насмешка над поражением человека, который сталкивается со своей ограниченностью перед лицом Неопределенного, Непонятного, Непостижимого.
Экипаж землян в поисках пропавшего исследовательского корабля, обнаруживает небиологический рой микророботов чужой цивилизации, которые выжили и приспособились к условиям данной планеты, полностью выжив все органическое. Земные ученые назовут этот процесс «некроэволюцией».
И вступив в схватку с этой странной неживой «тучей», земляне, с присущей им гордыней экспансии и превосходством технических достижений, быстро оказываются унижены своей уязвимостью и невозможностью противостоять. Разум человека противится мысли, что на планете есть кто-то сильнее.
Техническое совершенство рождает иллюзию контроля и в результате играет злую шутку, ибо техно-рой научился подавлять более сильных противников, внедряясь в технический мозг роботов и даже человека, обнуляя его до базовых настроек и превращая взрослых людей в младенцев.
И все же людям трудно смирится и отступить, особенно когда большинство естествоиспытателей, приняв на себя удар «черных мошек», стали как дети, потеряв контроль над собой. Когда же привычные методы (сила и разрушительное оружие) оказываются бесполезными против бездушного «механического роя», наступает глубокий кризис эго. Герои понимают, что Вселенная не обязана подчиняться их правилам.
«Каким смешным и одновременно безумным выглядит это "покорение любой ценой", это "героическое упорство человека"...»
Философия «не-для-нас» Лема пронизана идеей космического одиночества, но в то же время — уважения к чужому бытию. «Непобедимый» ярко демонстрирует, что эволюция может идти путем создания механизмов, а не живых организмов. Рассуждая о природе этих машин, автор устами героев задается вопросом о бессмысленности насильственного вмешательства:
«Здесь сплошная пустыня, потому что эти механизмы ничего не строят, не создают никакой цивилизации...»
И все же в последней главе, когда Роган идет на поиски четырех пропавших товарищей и непосредственно видит тучу, наблюдая собственное отражение в ней, как в зеркале, поражаясь этому феномену, восхищаясь в глубине человеческого сознания непостижимости техно-мистерии чуждых механизмов, приспособившихся и ставших полноправными жителями планеты. Человек понимает, что кристаллические «насекомые» не имеют зла и не стремятся к захвату миров — они лишь защищают среду своего обитания от посягательств.
Вмешательство в эти процессы — ошибка, продиктованная эгоцентризмом человека.
«Неужели мы всюду должны являться, неся всеуничтожающую силу на своих кораблях, чтобы вдребезги расколотить всё, что противоречит нашим понятиям?» - задается вопросом Роган.
Кульминацией психологического взросления героев становится осознание того, что Земля не является центром мироздания, а человек — венцом творения. Главный герой Роган, в конце концов, отрекается от антропоцентризма и смиренно принимает происходящее, формулируя важнейший моральный итог всего столкновения:
«Человек... еще не поднялся на должную высоту, еще не заслужил права быть, а не только числиться личностью, красиво именуемой «галактоцентрической»... Галактоцентризм ведь не в том состоит, чтобы искать только себе подобных и только их понимать, а в том, чтобы не вмешиваться не в свои, нелюдские дела.»
Роман «Непобедимый», вступая в диалог с «Солярисом» и вторя «Фиаско», задаёт вопросы, прежде всего, человеку в частности и человечеству в целом: кто мы? зачем мы идём в космос? что и кому мы хотим доказать?
И по Лему психологическая зрелость человечества не в том, чтобы «бороться и искать, найти и не сдаваться», а в умении вовремя отступить, проявить мудрость и уважать «нелюдские» формы существования. Истинное величие заключается не в победе над природой, а в толерантности к «другому» - непонятному – и осознании границ собственного познания.
Знаменателен финал романа, в котором непобедим человек, который принял условия игры, понял другого, вступив в непостижимую коммуникацию, отступил без мстительного гнева на собственную слабость, и нашел силы вернуться на космолет «Непобедимый».
«Роган выронил ракетницу. Он сам не заметил, как сполз по борту машины и неверными, преувеличенно широкими шагами, неестественно выпрямившись и сжимая кулаки, чтобы подавить невыносимую дрожь в пальцах, пошел прямо к двадцатиэтажному кораблю, который стоял средь половодья огней на фоне бледнеющего неба, такой величественный и неподвижно-громадный, будто и вправду был непобедимым.»
3 понравилось
