Отзывы о книге Джен Эйр

До сих пор немогу отойти от этого превосходнрго романа!!

Первая встреча с данным авторам прошла успешно! Давно наслышана про Джейн Эйр по разным экранизациям и доша очередь до книги.

Слог автора настолько правильный, грамотный и понятный, что можно просто влюбиься, а как описаны персонажи данной истории, при чем они все положительного характера с ноткой горечи и некой печали. Немогу сказать, что мне кто-то понравился или непонравился, но герои в даной истории все хорошо сыграли свои "роли".

Как бы жалко нам небыло гг на протяжении всей истории в итоге, она обретает то самое счатье. Эдвард во всей книге испытывал к ней одно чувство - любовь. То, как он к ней обращался, разговаривал или прикосался было высшей силой разума. Я читала и наслаждалась моментами этой романтики.

Хочу отметить в книге много размышлений Джейн, ее взглядов на жизнь и отношений к разным людям.

Тем не менее произведение тронуло до глубины души. Буду продолжать читать данного автора.

Удачных приключений в мире книг!

«Джен Эйр» - это одна из книг, которая поселилась не только в моей домашней библиотеке, но и в моём сердце. Она вызвала во мне целую бурю впечатлений. Я в полном восторге от этой книги. Начиная с сюжета, все персонажи описаны очень точно и чётко, лишь пробегаясь глазами по страницам, в моей голове моментально возникали яркие образы героев, их характеры. Подробнее хотелось поговорить о главней героине. Мне безумно нравится её личность, я ею восхищаюсь. История Джен – это история о девочке, девушке с острым чувством справедливости и твёрдым характером. Она сама себя сделала, с самого детства, не смотря на очень тяжёлые периоды её юности, эта девушка настоящий боец своей жизни. Она – это я. Я вижу в ней себя (не побоюсь так сказать). Всё, что сделала Джен, сделала бы и я. Она переносит много трудностей и невзгод, которые выпали на её долю, но при этом всегда готова помочь всем окружающим, тем, кто, как она говорит, «делает правильно» и сама старается поступать так же. Джен Эйр не так проста, как кажется с первого взгляда. Шарлотта Бронте намеренно делает свою героиню некрасивой серой мышкой и доказывает всем, как незначительна внешняя оболочка. Красота Джен Эйр исходит из целостности и чистоты её натуры, её твёрдости духа. В романе мистер Рочестер в образе цыганки описывает Джен так: «Я могу жить и одна, если уважение к себе и обстоятельства этого потребуют. Мне незачем ради блаженства продавать свою душу. У меня в груди есть тайное сокровище, дарованное мне с самого рождения; оно поддержит мою жизнь, даже если мне будет отказано во всех внешних радостях или если за них придётся заплатить тем, что для меня всего дороже». И она соглашается, она видит себя в этих словах как в зеркале. Джен остаётся верной своим убеждениям и внутренней морали. И когда ей приходится сделать выбор между любовью и совестью, она выбирает последнее. Сколько мужества надо на такой правильный поступок? Многим из нас точно так не удаётся поступить. И никакой мужчина не способен навязать свою волю разумной женщине с правильной основой жизни. Что же касается самого мистера Рочестера, то он так и остался для меня таинственной личностью. Он нравится и не нравится одновременно. Джен можно понять, он её первая любовь, а первая любовь (я всегда буду об этом говорить) не забывается никогда. Да и вообще мужчины существа странные, мы порой любим таких людей, что другие у нас спрашивают: «Да что она в нём вообще нашла?» Но, любим. Вот и здесь получилось так же. Но я за них всё равно осталась счастлива. Мне понравилось в конце книги, что трагедия, произошедшая с Эдвардом чуть поубавила его спесь и высокомерие и он стал обычным смертным. В целом, роман мне очень понравился. Теперь понятно за что и почему эта книга стала шедевром мировой классики. Это история о женской судьбе, о девушке, которая обладала сильным характером и, конечно же, о любви и тяжелом выборе как быть. Эта книга никого не оставит равнодушным. Читайте, любите и будьте любимыми. Всего один вопрос: почему всё-таки Джейн, а не Джен? Ведь её полное имя Дженет.

Я прочитала книгу после просмотра фильма. Который раз убеждаюсь, что книга - лучше! Не хочу сказать ничего плохого про фильм, но когда читаешь роман, то знаешь все мысли героев. Это произведение о сильной духом девушке, которая не смотря на все трудности ( сопровождающие её с детства ), вышла победителем. Обожаю такие истории, восхищаюсь такими людьми! Шарлота Бронте очень хорошо показала независимость героини и её целеустремлённость. Благодаря именно этим качествам, Джейн обретает свою любовь и ... Конечно, я не должна рассказывать концовку романа. Мой совет тем, кто смотрел только фильм и считает, что незачем читать это произведение: возьмите в руки книгу! И вы почувствуете то, что чувствовала Джейн, проживёте с ней моменты горя и счастья. Тёплое уютное кресло, шелест страниц и запах печатного издания - люблю остаться с книгой наедине, что может быть лучше?...

Я не знаю почему, но мне эта книга очень понравилась. Вопрос "почему", потому что в принципе в книге нет ничего такого грандиозного, страшного, приключенческого (ну, хотя, главной героине и пришлось помотаться по некоторым графствам Англии, но тем не менее не сказать, что это были приключения в духе Джека Лондона), каких-то политических тем, войны, а показана обычная жизнь девочки, сначала девочка, потом она вырастает и "ищет себя". По сути ничего такого и нет в книге, но блин, читать интересно, может быть потому что показана обычная реальная картина жизни, как живут обычные люди, как живут богатые и тд тп. Может быть как раз этим и привлекает подобное чтиво. Написано грамотно, красиво.

Шарлотта Бронте-талантливая английская писательница, автор множества знаменитых на весь мир произведений. Одним из самых знаменитых её произведений является трогательный роман под названием "Джейн Эйр".
Впервые этот роман был опубликован под названием: "Джейн Эйр: Автобиография" в 1847 году.

"Однажды Шарлота Бронте задумалась: «Почему всех персонажей романов делает невообразимо прекрасными и красивыми?». На что ее сестры сказали ей, что иначе читателя не привлечёшь. Писательница возразила им, сказав, что сделает свою героиню непривлекательной внешне, но абсолютно захватывающей свои умом и личными качествами. Именно такой стала Джейн Эйр."-цитата из статьи.

И действительно, читая данное произведение, по крайней подробным описаниям можно составить чёткий образ каждого персонажа.
Сама книга у меня в издании "Эксклюзивная классика", и, впервые её открыв, я сразу обратила внимание на множество описаний, однако, на протяжении чтения, данные описания выглядят очень живо..  и действительно, были моменты, к которым хотелось возвращаться!

Повествование ведётся от первого лица, то есть от самой Джейн, и, погружаясь в произведение, сопоставляя образ с мыслями, будто лично знакомишься с каждым героем. Это и есть тонкое мастерство психологического портрета.
Сам роман можно отнести к социально-психологическому или автобиографическому.

Шарлотта Бронте освещает в своём произведении множество проблем, таких как проблема женской независимости, религии, любви и сложности жизненного пути.

Как ни странно, но я узнала о существовании этого романа благодаря сериалу "Anne with an "e""/"Энн с двумя "н"", ведь эта маленькая девочка довольно часто сравнивала свои тяготы жизни с жизнь главной героини романа.. поэтому, думаю, в какой-то степени я знала, чего мне ожидать.
Но и от самого романа я получила неизмеримое удовольствие, окунувшись в атмосферу немного готической Англии.

Я полюбила это произведение за ту необыкновенную душевность и откровенность мыслей и поступков героев. Каждый раз, рассматривая книгу, я вновь и вновь чувствую себя рядом с героиней и словно получаю от неё гостеприимный приём в её мир, в её жизнь..

Давненько я не встречала книгу про любовь, которая могла бы захватить с первых страниц и удерживать твое внимание. Приятное удивление. Последний раз подобное было при прочтении "Поющих в терновнике" или "королевской крови".

Темп: да, конечно, все неспешно. Много рефлексии главной героини. НО! ГГ не стоит на одном месте, все страдания, которые она переживает формируют ее личность. Она черствеет при этом сохраняя свою индивидуальность.

Сюжет: маленькая Джейн не имеет ни отца ни матери; любит читать; эдакая белая ворона среди сверстников; умна не по годам; упряма; несломима; борется за какую-то свою справедливость в этой жизни. Конечно, на ее долю выпадет немало. Она будет жить в разных домах, работать на разных должностях, любить , огорчаться и просто учиться очередным урокам, которые преподносит ей жизнь.

Любовная линия: мне понравилась от начала и до конца. И неважно, что разница в возрасте 20 лет. Хотя в какой-то момент я перестала верить в эти отношения по ряду причин.

Хорошо бы зашла по эмпатии одиноким читающим девчонкам, которые верят в какие-то свои идеалы. Ну и посмотреть к чему это все может привести.

Конец: добрый и счастливый, но не сразу.

Мешало при прочтении: тема набожности, которая так или иначе поднималась. ГГ сильно правильная, имхо. И она сильно контрастирует на фоне остальных персонажей.

Если вы собираетесь читать эту книгу, вам точно нужно запастись терпением. Но если вы читали унесённые ветром, можете не беспокоиться, страниц в ней поменьше)). Я например читала первые 500 страниц 3 недели (хотя обычно читаю все за 2-4 дня). Потом взяла перерыв на 2 недели, и пару дней назад опять взялась за книгу. Почему брала перерыв и читала так долго, сейчас попробую объяснить. Первые страниц 300-400, не происходит ничего. Сначала мы немного читаем прошлое, потом происходит смена обстановки. Но повествование от этого не меняется. И самый основной сюжет начинается как раз на 300-400 странице, но к тому времени все занятно отстают (то и нормально, ведь это размер обычной современной книги. Я бы даже сказала страниц 250-350 это прям норма). И вот вы начинаете читать самое интересное (как бы так), тогда когда уже прям СИЛЬНО подустали от книги. Я взяла перерыв ровно на 500 странице, потому что на тот момент больше я бы не осилила. И как я знаю, не одна я брала перерыв при прочтении.
Спустя 2 недели я продолжаю читать, сначала особо ничего не происходит. Потом все становится как бы хорошо (конец я попросила бабушку мне проспойлерить), но я то знаю что это не все. Поэтому все что мне оставалось, это ждать тех самых жарких моментов в конце. И каково было мое удивление, что самым располагающимся мне персонажем из всей книги оказался Сент-Джон, многие черты его характера схожи с моими. Большинство цитат также от него. Но после того, как он настойчиво просил кое что у Джейн, мнение о нем немного поугасло. Хотя я не удивилась, когда он предложил ей подобное, однако его настойчивость меня вправду поразила и разозлила за приписание в эту просьбу Бога. Зато в последних главах я просто влюбилась в мистера Рочестера, в его нежность, любовь. Очень рада что история так закончилась. И несмотря на ОЧЕНЬ долгое прочтение, всем советую. Думаю это роман должен войти в топ произведений, которые должны точно прочитать за свою жизнь.

Ты вспомнила, мой маленький лукавый эльф

Роман английской писательницы Шарлотты Бронте "Джейн Эйр" рассказывает о юной девушке, на долю которой выпадает множество испытаний , о девушке, которая готова придать свои чувства из-за гордости и уважения к себе. Не смотря на все испытания она их преодолевает и обретает счастье.

Именно с этого романа началась моя любовь к литературе. Как сейчас помню:мне было 15 лет я нашёл в маминой библиотеке старое потрёпанное издание "Джейн Эйр", которое она себе купила со своей первой стипендии.

Каждый раз перечитываю этот роман, как в первый раз с щенячьим восторгом, и каждый раз обращаю внимание на разные вещи и нахожу что-то новое. Этот роман подарил мне различных эмоций от милейшего чаепития с подругой и учительницей

– Ну, сегодня вы мои гости, и я должна принимать вас, как гостей.

Она позвонила.

– Барбара, – сказала она вошедшей горничной, – я еще не пила чаю. Принесите поднос и поставьте две чашки для этих двух молодых барышень.

Поднос был принесен. Какими красивыми казались мне фарфоровые чашки и ярко начищенный чайник, стоявший на маленьком круглом столике возле камина. Как благоухал горячий чай и поджаренный хлеб! Но, к сожалению (ибо я начинала испытывать голод), гренков оказалось очень мало. Мисс Темпль тоже обратила на это внимание.

– Барбара, – сказала она, – не можете ли вы принести нам побольше хлеба с маслом? Здесь на троих не хватит.

Барбара вышла, но вскоре вернулась.

– Сударыня, миссис Харден говорит, что она прислала обычную порцию.

К сведению читателей, миссис Харден была экономка; эта женщина, которой мистер Брокльхерст весьма доверял, вся состояла из китового уса и железа.

– Ну, хорошо, – отозвалась мисс Темпль, – мы как-нибудь обойдемся, Барбара. – И, когда девушка ушла, она пояснила улыбаясь: – К счастью, я могу добавить кое-что к этому скудному угощению.

Предложив мне и Элен сесть за стол, она поставила перед каждой из нас чашку чая с восхитительным, хотя и очень тоненьким кусочком поджаренного хлеба, а затем поднялась, отперла шкаф и вынула из него что-то завернутое в бумагу и оказавшееся большим сладким пирогом.

– Я хотела дать вам это с собою, когда вы уйдете, – сказала она, – но так как хлеба мало, то вы получите его сейчас, – и она нарезала пирог большими кусками.

Нам казалось в этот вечер, что мы питаемся нектаром и амброзией; немалую радость доставляло нам и присутствие ласковой хозяйки, которая с улыбкой смотрела на то, как мы утоляли свой голод, наслаждаясь столь изысканным и щедрым угощением. Когда мы кончили чай и поднос был убран, она снова подозвала нас к камину; мы сели по обе стороны от нее, и затем между мисс Темпль и Элен начался разговор, присутствовать при котором оказалось для меня действительно большой честью.

На всем облике мисс Темпль лежал отпечаток внутреннего покоя, ее черты выражали возвышенное благородство, она говорила неторопливо и с достоинством, исключавшим всякую несдержанность, порывистость, горячность; в ней было что-то, внушавшее тем, кто смотрел на нее и слушал ее, чистую радость и чувство благоговейного почитания; таковы и сейчас были мои ощущения. Что касается Элен Бернс, то я не могла надивиться на нее.

Быть может, вкусный чай, яркое пламя камина, присутствие и ласка ее обожаемой наставницы были тому причиной, а может быть, сказались еще неизвестные мне черты ее своеобразной натуры, но в ней точно пробудились какие-то новые силы. Ее всегда бледные и бескровные щеки окрасились ярким румянцем, а глаза засияли влажным блеском, что придало им вдруг необычайную красоту, и они казались теперь красивее, чем глаза мисс Темпль, но поражал не их яркий блеск, не длинные ресницы и словно нарисованные брови – красота этих глаз была вся в их выражении, живости, сиянии. И вот сердце заговорило ее устами, и ее речь полилась из неведомых мне глубин, – ибо как может четырнадцатилетняя девочка иметь душу, достаточно сильную, чтобы из нее бил родник чистого, всеобъемлющего и пламенного красноречия? А именно такими казались мне рассуждения Элен в тот знаменательный вечер; словно ее дух стремился пережить в несколько часов все то, что у многих растягивается на целую долгую жизнь.

Они беседовали о предметах, о которых я никогда не слышала: о канувших в вечность временах и народах, о дальних странах, об уже открытых или едва подслушанных тайнах природы; они говорили о книгах. И сколько же книг они успели прочесть! Какими сокровищами знаний они владели! И как хорошо они, видимо, знали Францию и французских писателей! Однако мое изумление достигло предела, когда мисс Темпль спросила Элен, не пытается ли она в свободную минуту вспомнить латынь, которой ее учил отец, и затем, взяв с полки книгу, предложила ей перевести страничку Вергилия; девочка выполнила ее просьбу, и мое благоговение росло с каждым прочитанным стихом. Едва она успела кончить, как прозвонил звонок, возвещая о том, что настало время ложиться спать. Медлить было нельзя. Мисс Темпль обняла нас обеих и, прижав к своему сердцу, сказала:

– Бог да благословит вас, дети!

до душевных терзаний влюблённой Джейн

И когда привилегированный пол утверждает, что призвание женщины только печь пудинги да вязать чулки, играть на рояле да вышивать сумочки, то это слишком ограниченное суждение. Неразумно порицать их или смеяться над ними,если они хотят делать нечто большее и учиться большему, чем то,к чему обычай принуждает их пол

Первая встреча Джейн и Мистера Рочестера и умиляет и смешит одновременно:

– Вы живете там, внизу? Вы хотите сказать – вон в том доме с башнями? – спросил он, указывая на Торнфильд-холл, залитый ярким лунным светом и тем резче выделявшийся на фоне лесов, которые издали казались сплошной темной массой.

– Да, сэр.

– А чей это дом?

– Мистера Рочестера.

– Вы знаете мистера Рочестера?

– Нет, я его никогда не видела.

– Разве он не живет там?

– Нет.

– А вы знаете, где он теперь?

– Нет, не знаю.

– Вы не прислуга в доме, это ясно. Вы… – Он остановился, окинув взглядом мою одежду, которая была, как всегда, очень проста: черный мериносовый плащ и черная касторовая шляпка; и то и другое не надела бы даже камеристка знатной дамы. Он, видимо, затруднялся решить, кто же перед ним. Я помогла ему:

– Я гувернантка.

– Ах, гувернантка, – повторил он.

На столе стояли две зажженных восковых свечи и еще две – на камине. В тепле и свете ослепительно пылавшего камина растянулся Пилот, а рядом с ним стояла на коленях Адель. На кушетке, слегка откинувшись назад, полулежал мистер Рочестер, его нога покоилась на валике; он смотрел на Адель и на собаку. Пламя ярко освещало все его лицо. Я сразу же узнала в нем вчерашнего незнакомца, – это были те же черные густые брови, тот же массивный угловатый лоб, казавшийся квадратным в рамке темных волос, зачесанных набок. Я узнала его резко очерченный нос, скорее характерный, чем красивый, раздувающиеся ноздри, говорившие о желчности натуры, жесткие очертания губ и подбородка, – да, все это носило, несомненно, отпечаток угрюмости. Его фигура – он был теперь без плаща – соответствовала массивной голове; не отличаясь ни высоким ростом, ни изяществом, он все же был сложен превосходно, ибо при широких плечах и груди имел стройный стан.

Мне казалось, что мистер Рочестер заметил, как мы вошли, но, может быть, не хотел это обнаружить, ибо не поднял головы, когда мы приблизились.

– Вот мисс Эйр, сэр, – сказала миссис Фэйрфакс с присущим ей спокойствием.

Он поклонился, все еще не отводя глаз от ребенка и собаки.

– Пусть мисс Эйр сядет, – сказал он. И в его чопорном и принужденном поклоне, в нетерпеливых, однако вежливых интонациях его голоса было что-то, как бы говорившее: какое мне, черт побери, дело до того, здесь мисс Эйр или нет! В данную минуту я нисколько не расположен ее видеть.

Я села, и мое смущение исчезло. Безукоризненно вежливый прием вызвал бы, вероятно, во мне чувство неловкости. Я бы не сумела ответить на него с подобающей изысканной любезностью; но эта своенравная резкость снимала с меня всякие обязательства, спокойствие же и самообладание, наоборот, давали мне преимущество над ним. Кроме того, в эксцентричности его поведения было что-то неожиданное и вызывающее. И мне было интересно посмотреть, как он будет держаться дальше.

А отношение Джейн и Эдварда вызывает теплоту на душе и умиротворение. И появляются мечты, что когда-нибудь и я обрету настоящую любовь и счастье

– Теперь ты видишь, как обстоит дело, не правда ли? – продолжал он. – После юности и зрелых лет, проведенных в невыразимой тоске и печальном одиночестве, я, наконец, впервые встретил то существо, которое могу любить, – я встретил тебя. К тебе меня влечет неудержимо, ты мое лучшее Я, мой добрый ангел. Я привязан к тебе глубоко и крепко, считаю тебя доброй, талантливой, прелестной. В моем сердце живет благоговейная и глубокая страсть. Она заставляет меня тянуться к тебе, как к источнику моей жизни, учит познавать в тебе цель и смысл моего существования и, горя чистым и ярким пламенем, сливает нас обоих в одно.

Именно потому, что таковыми были мои чувства, я и решил жениться на тебе. Утверждать, что у меня уже есть жена, – значит просто насмехаться надо мной; теперь ты знаешь, что это был только отвратительный демон. Я сделал ошибку, пытаясь обмануть тебя, но я боялся упрямства, которое есть в твоем характере, боялся привитых тебе предрассудков, прежде чем рискнуть на откровенные разговоры, я хотел, чтобы ты стала моей. Это было малодушием: я должен был обратиться к твоему благородству и чуткости сразу же, как делаю это сейчас, – открыть тебе всю мою жизнь, полную отчаяния, описать ту жажду и голод, ту тоску о более высоком и достойном существовании, которые я испытываю; открыть тебе не только мое решение (это слово слишком невыразительно), но и мое неудержимое влечение к преданной и верной любви, если меня любят преданно и верно. И только после этого должен был я попросить тебя принять от меня обет верности и дать мне свой. Джейн, дай мне его теперь.

Отдельная благодарность писательнице за обильное описание пейзажей природы Викторианской Англии и архитектуры

Выйдя на лужайку, я обернулась, чтобы взглянуть на фасад дома. Дом был трехэтажный, не слишком большой, но внушительный: не замок вельможи, а усадьба джентльмена. Зубчатые стены придавали ему особенно живописный вид. Каменный серый фасад четко выделялся на фоне деревьев парка, унизанных черными грачиными гнездами, обитатели которых носились вокруг. Они летали над лужайкой и деревьями и опускались на большую поляну, отделенную от парка только разрушенной оградой. Вдоль нее стоял ряд огромных, мощных деревьев – ветвистых, узловатых и величественных, точно дубы; это был особый вид боярышника, и я сразу поняла, почему Торнфильд назван так. Дальше тянулись холмы, они были не так высоки и круты, как в Ловуде, и не казались барьером, отделяющим усадьбу от остального мира; все же их склоны были тихи и пустынны, и цепь этих холмов, окружая Торнфильд, придавала ему ту уединенность, которой нельзя было ожидать в местности, столь близкой к оживленному Милкоту. По склону одного из холмов карабкалась деревенька, крыши которой были осенены большими деревьями. Церковь стояла ближе к усадьбе. Ее старинная колокольня выглядывала из-за небольшого пригорка между домом и воротами.

Я все еще наслаждалась этим мирным видом и приятной свежестью утреннего воздуха, все еще прислушивалась к крику грачей и любовалась старинным фасадом дома, размышляя о том, как должна была чувствовать себя здесь одинокая скромная старушка, какой была миссис Фэйрфакс, когда она сама появилась на пороге.

В этом небольшом сером старинном здании с его низкой крышей, решетчатыми окнами, ветхими стенами, с его аллеей старых елей, покривившихся под натиском горных ветров, с его садом, тенистым от кустов тиса и остролиста, где цвели лишь самые неприхотливые цветы, я также находила глубокую и неизменную прелесть. Сестры любили лиловые заросли вереска, окружавшие дом, и глубокую долину, куда от калитки вела каменистая тропка, которая сначала извивалась между поросшими папоротником холмами, а затем – среди пустынных, граничивших с зарослями вереска лужаек, где паслись стада серых овец и ягнят с мохнатыми мордочками; повторяю, они были нежно и глубоко привязаны к этому пейзажу. Я понимала эти чувства и разделяла их искренне и горячо. Я испытывала на себе очарование окружающей местности, святость ее безлюдия. Мой взор наслаждался очертаниями пригорков, своеобразной окраской, какую придавали горам и долинам мох и шиповник, цветущие луга, мощный папоротник и живописные гранитные утесы. Все это было для меня, как и для них, чистым и сладостным источником радостей. Порывы бури и легкий ветерок, пасмурный и солнечный день, утренняя и вечерняя заря, лунная и облачная ночь – все это представляло для меня ту же прелесть, что и для них, и так же неотразимо действовало на душу.

Это очень красивый, трогательный, чувственный, страстный и нежный, глубокий роман! История Джейн заставит ваше сердце трепетать и биться чаще, она проникнет в самую глубину вашей души! 

Прекрасный слог Шарлотты Бронте, восхитительное описание чувств нарисует в вашем воображении атмосферу викторианской Англии и полную картину всего происходящего в деталях!

Очень многие моменты романа - это отражение реальной жизни Шарлотты и её семьи. Их детство и взрослая жизнь были не простыми и не очень продолжительными. Но Шарлотта, а также две её сестры - Эмили («Грозовой перевал») и Энн («Агнес Грэй») - стали феноменом английской литературы.

Джейн Эйр - это роман, который я буду перечитывать снова с замирающем сердцем ️‍