Отзывы о книге Four Plays

Как и все спектакли Теннесси Уильямса, этот держит вас от начала до самого финала в состоянии полной безнадежности и даже ужаса перед беспросветной тьмой. Ад – бытовой такой, он в сплетнях, привычках, неприятии всего странного и необычного, всеобщем осуждении, мелком, подленьком и торжествующем. Впрочем, настоящие преступления в этом аду тоже совершаются, как, например, показательное сжигание отца Лейди с его домом и виноградником. За что? Продавал свое вино неграм. А один из участников – ее нынешний муж. Давно я не слушала и не читала таких страшных вещей. Куда там моему любимому Кингу. Вэл – бродяга, бард, красавец, решивший изменить свою жизнь. Он находит работу в магазине Лейди, имеющей умирающего ненавистного мужа и никаких надежд на светлое будущее. Магазин временами наполняется посетителями, приползшими подсмотреть, подслушать, посплетничать, создающими отвратительный фон всей пьесе. Кажется, они здесь, даже когда магазин пуст. Лейди влюбляется в Вэла, он – в нее. Но это правда любовь? Мне кажется, что Лейди просто вцепляется в барда, пытаясь спастись из этого ада, он для нее просто последняя соломинка. Иначе она бы услышала слова о том, что любимому грозит не просто опасность, смерть. Но она не слышит. Ей важно выбраться самой. Любит ли Вэл Лейди? Тоже вопрос. Но ей он хотя бы может петь и рассказывать о своей жизни. Никому ведь нет до него дела. Ну, разве что полубезумной девице, почти преследующей его и пытающейся спасти, увезти его из этого проклятого городка. Беспросветная жизнь, жуткий финал. Очень тяжелое послевкусие.

Первый раз встречаю такое явное название спойлер. Зная стиль Теннесси Уильямса, не ждёшь жизнь в розовом свете и какого-то хэппи-энда, но здесь автор, ссылаясь на известного мифического персонажа Орфея, как бы сразу предупреждает - всё будет плохо, очень плохо. И пока это самая печальная вещь, которую я читала у автора. К сожалению, на этот раз я разочаровалась в самом важном для себя, нет, не в сюжете - он-то как раз шикарный, а вот главная героиня... В пьесах Уильямса мне прежде всего нравились сложные женские характеры, их трудно описать одной краской, невозможно понять до конца. И вот он первый провал - Лейди Торренс, при всём желании увидеть глубину, я заметила лишь инстеричку-вечную жертву; такие просто не способны на победу, они обречены проигрывать и обладают потрясающей способностью утягивать с собой на дно тех, кто имел несчастье их полюбить. Будь главная героиня чуточку вменяемей, и я могла бы ей посочувствовать, а не раздражаться и думать: вот дурында! если не можешь/ не умеешь сражаться - уходи, зачем же пропадать ни за грош. И вот из-за неё от всей пьесы у меня осталось ощущение безысходности, глупости и бессмысленности жизни. Жаль, как всё-таки жаль слабых будто тонущих людей, но бросаясь их спасать, всегда нужно помнить - велик шанс, утонуть самому.

Бывает — взрыв ярости, но бывает и ярость без взрыва, сплошная, привычная, ровная… Смерч — не всегда вихрь: порой он движется медленно. Людские сердца точит гнилью, и гниют они медленно, постепенно…

(с) Теннесси Уильямс «Орфей спускается в ад»

Небольшая, одноактовая, но многомерная пьеса. Правда почему-то чувство, что она вызвала у меня было тоже одно – безысходность. И если Вэл Ксавье – Орфей, то Леди Торренс – отнюдь не Эвридика.

Бродягу-музыканта Вэла судьба заносит в маленький американский городок (южные штаты 50-х годов, рассвет ненависти в чернокожим и прочие радости), где на пороге четвертого десятка он пытается начать новую жизнь. Но провинциальный городок скрывает в себе множество тайн, которые постепенно становятся явью. Однако покой Вэлу только снится, и он вновь окунается в водоворот событий, обуреваемым страстями, которые тщетно пытается побороть.

События, конечно… Одна несчастная женщина продала себя в жены. Она глубоко несчастна в браке. Не переносит своего мужа. Какая там любовь? Теперь же ее муженек болен, и Леди в глубине души все же надеется, что он отдаст-таки богу душу. Здесь каждый шаг - предмет пристального внимания и всеобщего обсуждения. Ни вздохнуть, ни чихнуть – все сразу знают и обмусоливают, косточки перемывают. А тут появляется Вэл в самом расцвете сил. Еще и слишком экзотичных для местного люда. Вряд ли он мог бы рассчитывать на тихое-мирное счастье вроде «остепениться, жениться» и прочее. В общем, такая история по определению не могла закончится хорошо.

Правда, признаюсь, именно сочувствия Леди у меня не вызвала совершенно. Вроде как должна была. Но нет. Мне жалко было Вэла. А она… Истеричка-неврастеничка. С синдромом вечной жертвы. И так уж вышло, что спасителем своим она видела беднягу Вэла. Его и так жизнь помотала, а тут… Эх..

Да и вообще… Была ли любовь? Ощущение, что Леди просто вцепляется в него, пытаясь спастись от властного мужа, закостенелого общества, Вэл для нее просто соломинка, которая якобы может ее вытащить. Важны ли ей чувства Вэла? Нет. Важна ли ей его судьба? Да тоже нет. Он для нее какой-то расходный предмет, который лишается надобности, завершив свою функцию. Бедняга…

Уильямс показывает то время без прикрас. Так было. В тот исторический период жизни США (тем более на юге) такое поведение было нормой, суды Линча – повсеместной практикой. Закостенелое в своем миропонимании общество, для которого любой непохожий – враг. Бесповоротно и сразу. И без права на амнистию. Плюс – расизм. Эта тема в целом красной линией проходит через произведения той эпохи. И она же становится отправной точкой трагедии. А что такое расизм, как непринятие отличающихся. Других. Даже просто инакомыслящих.

Печально это все… Печальна доля непохожих…

Кому понравится?

• ценителям классики и драматургии;
• если хотите реальной атмосферы американского юга тех времен.

Пьеса "И вдруг минувшим летом" ("Suddenly, last summer") была написана в 1958 году, на премьере она шла в паре с другой одноактной пьесой Уильямса "Нечто невысказанное" ("Something unspoken") под общим названием "Округ садов" ("Garden district"). Сейчас первая в основном играется отдельно.

Честно говоря, я не совсем поняла причину объединения этих двух пьес в один блок. Общее лишь год написания и похожий характер одной из главных героинь: властная богатая пожилая женщина; но этого, как мне кажется, мало. Пьесы очень неровны по эмоциональной и смысловой нагрузкам, неудивительно, что со временем слабейшая отпала.

Теннесси Уильямс и здесь позволяет не говорит себе прямо, его излюбленный метод - намёки, которые читатель трактует либо в меру своей испорченности, либо в меру своего знания творчества и биографии автора.

Для меня эта пьеса прежде всего о безмерной разрушающей любви матери к сыну. Такой, что застилает глаза, не позволяет видеть своего ребёнка и его поступки в истинном свете; такой, что ради светлого идеального образа уже ушедшего из жизни сына, вынуждает разрушить жизнь и здоровье молодой девушки.

Можно попенять автору, что он в который раз оставляет читателя с открытым финалом, но стоит признать, это фирменный стиль Уильямса, это остаётся либо принять, либо прекращать чтение.

Вы, может, думаете, люди в этом мире — всяк на свой манер? Нет, они делятся всего на два сорта: одних продают, другие — сами покупают…

Теннесси Уильямс знает толк в безысходности. Южный городок, где происходит действие пьесы, действительно сущий ад. Одного местного быта с "добрососедскими" сплетнями, тянущимся годами родственными ссорами и жестким социальным разделением было бы достаточно. Но здесь есть и настоящее зло - ку-клукс-клан. И не видно никакого способа спастись. Того, кто попытается бороться, общество сломает морально - как Кэрол, перед которой закрывают все двери. А может быть и физически. Можно, разве что только отстраниться от всего, как жена местного шерифа, которая рисует сюрреалистичные картины, постоянно говорит о божественном, и закрывает глаза на все зло, что творится вокруг, в том числе - руками ее мужа. В переносном и прямом смысле - она постепенно слепнет.

Главная героиня - итальянка по имени Лейди - застряла здесь уже давно. Двадцать лет назад, после трагической смерти отца она от безысходности вышла замуж за местного владельца магазина. Сейчас ее муж тяжело болен, дни его сочтены, и на горизонте забрезжили какие-никакие перспективы. К тому же, в городке появляется новый человек, которого Лейди нанимает в магазин помощником. Вэл отказался играть по правилам общества, но его сломать не получилось. На нем еще "тавро не выжжено". Он и Лейди чувствуют друг в друге родственные души. Кажется, что вместе они смогут вырваться на свободу и обрести счастье.

Знаете, есть такая птица — совсем без лапок. Она не может присесть и всю жизнь — в полете. Да-да. Я видел одну такую: она умерла и упала на землю. Вся нежно-голубая, и тельце с ваш мизинец. Да-да, тельце у нее было крохотное, с ваш мизинец, и легкое-легкое: возьмешь на ладонь — легче пуха… Но крылья — с широким размахом, прозрачные, голубые, под цвет неба: насквозь видно. Это называется защитной окраской. Камуфляжем. В небе ее и не углядишь, и ястреб ей нипочем: он просто не замечает ее там, в синем небе, поближе к солнцу!

В этой истории Орфей не обернулся. А вот Эвридика... Внезапно открывшаяся правда о прошлом, желание отомстить и восстановить справедливость заставляют ее задержаться. Ад не отпускает ни ее, ни случайно забредшего туда вольного бродягу.

До этого раза однажды смотрела спектакль и пьесу читала, теперь перечитала её еще раз. Сначала планировала послушать радиоспектакль, но случайно открыла текст, и остановилась только в тот момент, когда всё дочитала. Захватывает меня эта история, снова захватила. Не знаю, насколько Вэл похож на Орфея, но вот то, что жизнь Лейди представляет собой подлинный ад - очевидно. Вообще, эта пьеса напомнила мне не греческий миф, а две вполне американские истории - роман "Почтальон всегда звонит дважды" и пьесу Юджина О'Нила "Алчба (или любовь) под вязами". Ситуация, когда женщина продала себя в жены за деньги на том самом американском Юге, где каждый твой шаг - предмет пристального внимания и всеобщего обсуждения, по определению не могла закончится хорошо, но и здесь и вообще во всех этих трех историях есть еще момент острого сомнения в доверии к единственному человеку, который в состоянии спасти героиню. В этой истории это бродяга и любимец женщин Вэл. Впрочем, проблема еще и в том, что сам Вэл тоже не слишком доверяет своей Эвридике. Он пытался переменить жизнь, потому что ему "сегодня стукнуло тридцать", а жизнь продолжает крутиться по тому же кольцу, и отношения с Лейди он не торопится воспринимать всерьез. Тем более, рядом странная отверженная богачка Кэрол, а в доме Торренсов так тягостно и душно, да и не собирался он спасать заточенных принцесс из замка Дракона... На мой взгляд, в этой пьесе Уильямсу очень удались персонажи второго плана - все эти местные кумушки-сплетницы, их пустоголовые пьяницы-мужья, всё видящая и замечающая сиделка, решительный шериф, и, конечно, умирающий Джейб Торренс - воплощение Смерти. Странным пятном смотрится по-уильямсовски нелепая Кэрол, но мне кажется, она тоже очень подлинная, особенно в сцене с братом. Я не знаю, была ли в этой истории любовь, или хотя бы её подобие, но вот стремление Жить - показано потрясающе. И беспощадный финал. Как в мифе, как в бездне других историй. Пока писала этот отзыв, поняла, что спектакль непременно послушаю. Хочу еще раз попытаться понять, что в этом тексте так меня цепляет.

Теннесси Уильямс. Орфей спускается в ад

Несложно догадаться по названию, что в основе сюжета - один из наиболее известных мифов Древней Греции об Орфее, который спустился в царство Аида за своей Эвридикой. Место действия и большинство действующих лиц, действительно напоминают Ад и его обитателей - демонов и души умерших. Молодой музыкант Вэл Ксавье, несомненно, Орфей. Вот только Леди Торренс (Леди - это имя собственное) больше похожа на Персефону, которую похитил мрачный и злобный "Аид" Джейб Торренс. В пользу этого свидетельствует как их несчастливый брак, так и вся сюжетная линия с нерождёнными детьми.

Очень сложная пьеса.

Во-первых, эмоционально тяжёлая. Особенно когда посмотришь на год написания (1958) и прочтёшь в комментариях театроведов, что Уильямс показывает читателю/зрителю своих современников без каких-либо художественных преувеличений или преуменьшений. Так было. И было именно тогда.

Во-вторых, действующих лиц много, и среди них нет ни одного, кого бы можно было спокойно отнести к массовке в духе "пятый пастушок в третьем ряду". Каждого из них можно анализировать и не получить однозначную картину. У каждого своя очень важная роль - даже у бродячего фокусника негра.

Кстати, о неграх. Действие происходит в городке на Американском Юге. И пусть тема расизма в этой пьесе на первый взгляд не кажется главной, именно расизм становится причиной финальной трагедии (и нескольких трагедии до неё).

В издании, в котором я читала эту пьесу, её предваряет статья американского драматурга Мартина Шермана. Хорошая статья, но хорошо, что я прочитала её уже после пьесы. В ней, помимо прочего, говорится, что наиболее сложная роль в "Орфее..." - Вэл Ксавье, парень с гитарой. И по мнению Шермана, при подборе исполнителей для этой роли очень долго наблюдался абсолютный мискаст, так как с самого начала выбор режиссёров падал на актёров с ярко выраженной аурой мачо. И получалось не то. Эту роль даже называли "неиграемой" (unplayable). Вплоть до постановки лондонского театра Donmar, где роль "Орфея"-Вэла сыграл Стюарт Таунсенд (а Леди, между прочим, сыграла Хелен Миррен).

Шерман пишет (перевод мой):

В пьесе "Битва ангелов" (In Battle Of Angels, 1940), первой версии пьесы "Орфей спускается в ад", Вэл - писатель. Таунсенд воспользовался подсказкой оригинала и представил Вэла как человека с по-настоящему поэтической душой. Подобно многим поэтам, он несёт в себе тонкое смешение полов.

К сожалению, записи спектакля я не нашла.

Сумасшедший дом совсем не «милое, милое местечко».

Первая постановка пьесы на Бродвее была в январе 1958го.

Внезапно прошлым летом умер сын Себастьян у миссис Винэбл. Внезапно прошлым летом ее племянница Кэтрин сошла с ума. Поэтому она запирает ее в психолечебнице, (у кого есть деньги, те все могут) но этим летом Винэбл хочет сделать ей лоботомию, и пытается уговорить доктора. Поскольку Кэтрин, как оказалось, просто не хочет заткнуться - о ее сыне и его слишком шокирующих связях. Надо вырезать из головы племянницы те глупости, что она выдумывает.

Больно терять сына, никто не может с этим поспорить, но еще больнее оказаться на втором месте, делить память о Себастьяне с ней. Доктор - любопытный типчик вроде бы производит нормальное впечатление, но когда он рассказывает про пациенку, которая до операции только ругалась, то после операции на прогулке заявила "Какое небо голубое".. Доктор рассказывал это захлебываясь от удовольствия. Но все же, прежде чем влезать скальпелем в мозг Кэтрин, он решил поговорить с Кэтрин, в присутствии ее небогатых родственников и миссис Винэбл.

Доктор. Пользоваться? Вы сказали «пользоваться»? Кэтрин. Да, ведь мы все пользуемся друг другом, только называем это любовью. А когда не можем пользоваться, — это ненависть.

Финальный рассказ племянницы как умер Себастьян, просто душераздирающий, превращающий пьесу в триллер. Но мы не можем понять, правду ли она говорит или нет.

Теннесси Уильямс начал заниматься психоанализом, когда писал пьесу. Его мать настояла, чтобы его сестре Роуз, страдающей расстройством, сделали лоботомию. Уильямс часто использует в своих пьесах события из жизни членов своей семьи. Эта пьеса вызывает шок, не только из-за обстоятельств смерти Себастьяна, а также из-за совершенного бездушия окружающих… и методах психиатрии 50х годов. (Сразу вспоминаю Джека Николсона в финале известного фильма).

Планирую посмотреть фильм с Элизабет Тэйлор.

В процессе чтения пьесы лично мне вспомнился миф не об Орфее. Главная героиня Лейди намного ближе к Персефоне, нежели к Эвридике. Особенно это ощущается в финале: когда вернулась способность давать жизнь, то уже вроде и тот самый Орфей не очень нужен. Но жизнь в маленьком городке на юге США для Лейди действительно подобна адским мукам. Ее муж Джейб хоть и стоит одной ногой могиле, но кажется, что он быстрее кого-нибудь в гроб загонит, чем отправится туда сам. Настоящее божество подземного мира, перед которым меркнет даже сам Аид. Судя по всему, Джейб – то и «купил» Лейди, чтобы ее мучить, как будто того, что было сделано ДО ему показалось мало. Ужасающей силы ненависть. Ощущение, что Итальяшке мстили не просто за продажу алкоголя неграм. Этот гнев был направлен против молодости, красоты, радости жизни и веселья. Разве им место в аду? Сплетни, дрязги, пересуды, бдительный контроль за ближним (чтоб потом было что «полоскать») – вот это самое то. И с каким упоением все копошатся в жизни друг друга, как чуть ли не радостно местные кумушки отмечают, что в семьях нет любви, только ненависть и жажда наживы. Попытка Лейди воссоздать в этом аду райский сад в виде кафе выглядит, пугающе, честно говоря. В своем стремлении отомстить, в некоторой изощренности этой мести, она отнюдь не Эвридика и не Персефона. Убивая дракона, самому бы в него не превратиться. Что-то подобное происходит с Лейди ближе к финалу, мне показалось. И это страшно. Страшна и загадочная улыбка колдуна, заставляющая задуматься: такая жизнь, не проклятие ли это? Или люди просто имеют то, что заслужили…

А что же еще остается делать в этом мире, как не цепляться обеими руками за все, что подвернется, пока все пальцы не обломаешь?

Пьесы Теннесси Уильямса, как и положено, все похожи друг на друга - пролистайте "Трамвай "Желание" или "Кошку на раскаленной крыше", и увидите все те же человеческие трагедии, женщин и мужчин с надрывом в душе, извечные философские вопросы и метафизические размышления о любви. И, как и положено, все пьесы завораживают своей драмой, заставляют переживать жизненный сюжет в лицах и сопереживать, проводя читателя через чистилище страстей и сломанных судеб.

Любовь, страсть и смерть всегда идут для Уильямса за руки, одновременно и направляя человека к трагическому концу, и вознося его на небеса хрупкого блаженства. Но без такой бури чувств, в тихой гавани, Вы, считай, и не жили, как умело показывает драматург в "Орфее...", ведь недостаточно просто и безчувственно влачить свое жалкое существование, оно и так слишком коротко. Уильямс никому не обещает счастья и вечной любви, его герои для этого слишком опытны и разочарованы жизнью, как и сам писатель, но долг Орфея - вывести свою Эвридику из бесчувственного и холодного царства Аида, раз за разом терпя поражение, но все равно пытаясь, пусть и с новыми героями и в новой истории. Ведь лучше выйти на солнце и сгореть в его лучах, чем заледенеть в подземном царстве бездушия и равнодушия.