Цитаты из книги Dreams Underfoot

Это одно из тех мест, где я больше всего люблю писать. Обычно я сижу, пристроив на коленях тетрадь, и строчу часами напролет, а рядом со мной спит, свернувшись в клубок, мой единственный сосед, кот с драным ухом. Наверное, его хозяева живут в одном из домов на площади, а может, он ничей. Он появляется почти каждый раз, но всегда после меня. Чаще всего я сажусь и начинаю работать, а через полчаса или около того он выруливает из темного проулка, но никогда не подходит сразу, десять раз остановится то лапу лизнуть, то за ухом почесать, и только потом пристраивается рядом, как тут и был.

Он не слишком-то любит, чтобы его гладили, да и я обычно так занят работой, что на подобные знаки внимания просто нет времени. Однако его присутствие мне приятно. Перестань он приходить, мне бы его не хватало.

Иногда я думаю, а как, интересно, его зовут на самом деле? Как в той старой сказке, знаете, о том, что у кошек три имени. Одно дают люди, другое — сородичи, а третье, тайное, знает только она сама.

Я называю его Беном; кто он такой на самом деле, понятия не имею. Может статься, Кошачий Король.

...Меня интересуют возможности, которые, в каком-то смысле, и есть мосты, – не те, которые уже существуют для того, чтобы по ним можно было перебираться из одного места в другое, а те, которые мы строим сами. – О чем ты говоришь? – Предположим, ты хочешь заниматься искусством, живописью например. Мост, который ты строишь для того, чтобы прийти из той точки, где ты еще не знаешь, как правильно держать кисть, к той, когда люди с уважением относятся к твоим работам, может покрывать учебу у другого художника, твои собственные эксперименты, что угодно. Ты строишь мост, который либо приведет тебе туда, куда ты стремишься, либо не приведет. – А если не приведет? Его зубы сверкнули в лунном свете. – Тогда ты построишь еще один, а может быть, и еще, пока, наконец, один из них не приведет тебя куда нужно. Мойра кивнула с таким видом, как будто поняла, задавая себе между тем вопрос: а я-то что тут делаю? – А это, – добавил он, – то место, куда попадают несбывшиеся мечты. Где оказываются мосты, которые никуда не ведут.

Многие верят, что чем старше становишься, тем яснее ответы, а когда тебе столько лет, сколько сейчас мне, то ты уже и вовсе разобрался, что к чему. По крайней мере, когда я была nina и мне казалось, что до совершеннолетия еще расти и расти, я именно так и думала. Verdad, я и сейчас не знаю, кто я и где мое место. Когда я стою перед зеркалом, то вижу что девочка, которая рассматривает меня так же внимательно, как я ее, и впрямь повзрослела - с виду. Но внутри-то мне по-прежнему пятнадцать, никакой разницы.

Джилли много знает о том, что есть, думал он, и о том, что могло бы быть, и всё же кое-чего она просто не понимает. Ей кажется, что искусство – это когда покрывают красками холст или вырезают фигуру из камня. Или записывают на бумагу истории и стихи. Но это не так. Музыка и танец – вот что ближе всего к настоящему искусству, но и то лишь до тех пор, пока они живут сами по себе, а не на плёнке. Ноты – это ещё не музыка, а всего лишь мёртвые чернильные жучки на белом листе. Хореография – только план танца, а не сам танец. Искусство в том, чтобы выпускать искусство на свободу. Всё остальное – лишь воспоминания, как их ни храни. На плёнке или на бумаге, в камне или на виниловой пластинке. Пленное искусство повсюду, куда ни глянь. Всё кругом, живое и неживое, рвётся на свободу.

("Езда без правил")