Озорные рассказы

Все маленькие города, если не считать кое-каких мелочей обихода, похожи один на другой.

забавляли все эти персонажи; он без прикрас как бы зарисовал в своем альбоме их морщинистые топорные лица, крючковатые носы, причудливые костюмы и ужимки; позабавился их особым нормандским говором, безыскусственностью их мыслей и характеров.

если ничто не вырвет человека из этой среды, он незаметно усвоит ее привычки и примирится с ее бессодержательностью, которая засосет и обезличит его

Чудесные друзья! Когда вы богаты — они обязательно разорились, когда вы в них нуждаетесь — они непременно где-нибудь на водах, когда вы просите взаймы — они, оказывается, проиграли последний луидор; зато у них всегда наготове лошадь с изъяном, которую они стараются вам сбыть; зато они самые добрые малые на свете и всегда готовы отправиться с вами в путь, чтобы вместе катить под гору, растрачивая время, и душу, и жизнь.

надо умереть или принять ту корыстную, себялюбивую, холодную философию, которая так омерзительна для страстных Душ

Страсть, этот редкий цветок, требует самого искусного ухода; только время и сродство душ откроют все ее возможности, породят ее нежные, утонченные восторги, к которым мы относимся с суеверным чувством, считая их неотделимыми от той, чье сердце так щедро нас оделяет радостями.

О.де Бальзак."Покинутая женщина"

На двадцать пятом году жизни, болтая с подругой о тряпках, изрекла сентенцию, казавшуюся в тот момент верхом здравомыслия: "лет пять еще можно поносить мини и бижутерию, а там проститься придется. Женщина после тридцати, одетая в молодежном стиле, вульгарна". Удивительно, как много вещей знала абсолютно точно с юности. Просто экспертом в них могла считаться. Вот например, что предательство нельзя простить. Сейчас не о Родине (то, спасибо Кибальчишу, лет с шести). Предательство любившего тебя, но оставившего под давлением жизненных обстоятельств, мужчины.

Потому что в четырнадцать была прочитана эта повесть. Пронзительная и жестокая. И она давала совершенно точную инструкцию, как вести себя в определенных обстоятельствах. Ну, то есть, ты хороша собой, обеспечена, умна, талантлива и обладаешь еще целым ворохом явных и скрытых достоинств. Но так случилось, что любимый человек оставил тебя и женился на другой. Разбив тем твое сердце.

Однако, поскольку ты хороша собой (далее по списку из предыдущего абзаца) рано или поздно Судьба сведет тебя с другим человеком. Который окажется во всех отношениях более подходящим. И вот тут нужно непременно сказать ему, что бедное твое, единожды разбитое сердце, не вынесет повторного предательства. А если такое случится, может тотчас стереть твое имя из списка своих контактов. Назад пути не будет.

И поскольку ты (см. выше), юноша тот станет ценить тебя, как не ценил никого прежде, да и после никого не оценит. Но поскольку он все же мужчина. Следовательно:1. более зависим от социальных условностей; 2. склонен поверять гармонию сердца алгеброй ума, отдавая преимущество второй; 3. вообще кобелина, как все они. Так вот, будучи мужчиной, непременно оступится. И вот тогда нужно выдержать характер, не дать слабины, когда явится мириться. Как? Так очень хороший есть способ, еще в "Айвенго" он описан: открыть пошире окно на уровне девятого этажа и предупредить коварного, что еще один шаг - и ты выбросишься на булыжную мостовую.

Что, живешь на первом? Ну, это не дело, деточка, как-то заранее нужно позаботиться об антураже, займись, пока все еще хорошо. И плиточку-плиточку тротуарную под окном, приличных булыжников то и не найдешь нынче, а грозить падением на асфальт не комильфо. Но вернемся к нашему барану, упс, барону. Он пойдет домой и застрелится. А ты будешь знать, что хоть против твоего желания, справедливость восторжествовала. Потому что неча!

В сорок четыре я всякую одежду ношу: нестареющую классику, винтаж, спортивное, молодежное, откровенное секси и то, что не вызвало бы нареканий у самого сурового монашеского ордена. По настроению и обстоятельствам. Иной раз забавный фьюжн выходит и единственный критерий - это должно нравиться мне самой. Ах, ну да, Бальзак о страсти, как редком цветке говорит, которому условия и уход потребны. Шмякнуть с девятого этажа о тротуарную плитку - не самый оптимальный вид ухода, воля ваша.

Занятная история, произошедшая в ноябре 1809 года, когда Наполеоновская империя была на вершине величия и в ореоле торжества побед. Париж сверкал в бесконечных празднествах, на берегах Сены толпилось столько аристократии и коронованных особ, что блеск их бриллиантов слепил взор, как никогда. Париж развлекался с неистовой поспешностью. Марши наполеоновской армии совершались с головокружительной быстротой, и с такой же быстротой свершались победы на любовном фронте. Блеск драгоценностей и роскошь нарядов дам затмевал взор и разум кавалерам, а дамы сходили с ума по бравым военным. С изящной лёгкостью и иронией описывает автор особенности эпохи.

В такой вот пафосной обстановке у графа де Гондревиля собрались гости на великолепный бал – самые блестящие дамы и кавалеры, тут же авантюристы и искатели любовных приключений, прожжённые интриганы и искушённые кокетки. За короткое время всего лишь одного бала перед нами представлена полная картина нравов императорского двора.

Внимательный наблюдатель заметит, как между танцами кое-кто переглядывается выразительными взглядами; как пренебрежительно сгребают золотые монеты за игорным столом; как мужчины заключают пари, удастся ли соблазнить застенчивую красотку; как мимо уплывёт миллионное состояние, а некое бриллиантовое кольцо, стремительно прыгая с пальца на палец, опишет круг и возвратится исконной владелице. Взоры пылают ревностью, у кого-то в глазах стоят слёзы, кто-то скучает, кто-то пытается за оживлённым весельем скрыть тревогу, а у кого-то на уме холодный расчёт.

Ещё там будет старая герцогиня, из «бывших», постоянно выезжающая в свет, чтобы быть в курсе. Она проводит время в обманчивой дремоте, а на самом деле пристально наблюдает за всеми – морщины спрятаны за белилами и румянами, а за притворной дремотой спрятан проницательный взгляд. Она – то и разрушит всю интригу, определив каждому свою цену, тем самым поспособствовав супружескому согласию.