Цитаты из книги Три товарища

... если бы мы вдвоем сотворили мир, он выглядел бы гораздо лучше.

И среди всей этой пестроты пристроилась небольшая колония болезни и смерти. Ее лихорадило, и она была прекрасна в своей обреченности.

На машины мы вообще смотрели как на друзей, но "Карл" значил для нас гораздо больше. Он был нам настоящим товарищем - этот "призрак шоссейных дорог". Нам надо было быть вместе. "Карлу" и Кестеру, "Карлу" и Ленцу, "Карлу" и Пат... Яростно и беспомощно стучал я ботинками о ступеньку, сбивая с них снег. Ленца убили. "Карл" ушел. А Пат?

Тайное курение, тайная выпивка, запретные вечеринки, сплетни и всякие дурацкие проделки - все это якобы спасает их от пустоты. И от правды тоже. Я назвал бы это довольно игривым, легкомысленным, но вместе с тем, пожалуй, и героическим пренебрежением к смерти. Впрочем, в конечном счете, это все, что им остается.

человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви. Просто слишком долго. Артур сказал мне это, когда сбежал от меня. И это верно. Любовь чудесна. Но кому-то из двух всегда становится скушно.А другой остается ни с чем.

В течение одного мгновения я держал её руку в своей и чувствовал её тёплое пожатие. Потом я вышел, чтобы принести ром. Огромная молчаливая ночь окружала маленький дом. Кожаные сиденья нашей машины были влажны. я остановился, глядя на горизонт; там светилось красноватое зарево города. Я охотно задержался бы подольше, но Ленц уже звал меня.

Как раз случай привязывает людей сильнее, чем что-либо другое.

"Казалось, что наш "кадиллак" – корабль, неслышно скользящий по пестрым каналам жизни."

"— Робби, — пробасил он, — ты-то зачем здесь, среди нас — потерянных людей? Нечего тебе тут делать. Уходи отсюда! Спасайся! Ты еще не погиб!"

Слишком много крови было пролито на земле, чтобы можно было сохранить веру в небесного отца!

Она стояла передо мной, красивая, молодая, полная ожидания; мотылек, по счастливой случайности залетевший ко мне в мою старую, убогую комнату, в мою пустую, бессмысленную жизнь...

простая душа, ещё не изъеденная скепсисом и сверхинтеллигентностью

Молодые и лишенные веры, как шахтеры из обвалившейся шахты.

Желтые пергаментные абажуры на них [бра] были сделаны из старых географических карт, казалось - это узкие светящиеся ломти мира.

Но я вам дам хороший совет, – продолжала она. – Постарайтесь зарабатывать так, чтобы хватало на двоих. Это самое простое решение вопроса.

Лишь теперь я заметил, что это действительно необычайное дитя: легкие у него, должно быть, доставали до бедер, иначе нельзя было объяснить такую потрясающую звучность его голоса.

Не знаю, что с нами внезапно приключилось. Вероятно, причиной всему был этот проклятый только что отошедший поезд. Словно нависла свинцовая тень, словно серый ветер пронесся, срывая все, что с таким трудом хотелось удержать… Разве не оказались мы внезапно лишь заблудившимися детьми, которые не знали, куда идти, и очень старались держаться храбро?

- Отто, - сказал я Кестеру, шедшему впереди меня, - теперь я знаю, чего хотят эти люди. Вовсе им не нужна политика. Им нужно что-то вместо религии. Он обернулся: - Конечно. Они хотят снова поверить. Всё равно во что. Потому-то они так фанатичны.

- Ты так хорошо смеешься, - восхищенно сказал он, - люблю, когда хорошо смеются. А я слишком легко поддаюсь грусти, это мой недостаток. - И мой тоже, - ответил Ленц, - потому я и смеюсь. Иди сюда, Робби, выпьем за то, чтобы в мире никогда не умолкал смех!

— Мое жалование повышено на пятьдесят марок. [...] А как вы думаете, она бы осталась, если бы знала об этом? — Нет.