Цитаты из книги Трагедии. В двух томах. Том 1

Простительно, коль муки выше сил, Желать уйти из этой жалкой жизни.

Кто видел нас счастливыми, тому Нам тяжело явить свои лохмотья... Глаза поднять боимся мы.

Как странно нас судьба мутит порой. И новый долг над старым торжествует Сознаньем крови, то являя другом Врага, то друга делая врагом.

Ведь нет для смертных уз теснее, нет Сильнее чар, чем дань любви во мраке.

Пенясь в безумье, Губы мои поют... Выходец ада Песнь мне внушает.

Подумаешь, не все ль мы точно гребнем Вздымаемся кичливо: тот — гордясь, Что он богат, а тот — что между граждан В почёте он. Какая суета! Заботы эти, замыслы... пустая Шумиха слов. Того зови блаженным, Кому не кроет зла насущный день.

Счастливее и мёртвый иногда, Чем мы, живые. Жить без славы — трудно.

Покуда Я жив — мне много ль надо? Ну, а гроб Я бы хотел почётный... Нашей славы Предел далёк...

Именье ль ты, богатство ль потерял — Вернуться может всё. Лишь человека Утратив, ты поймешь, что это значит!

О, как бессмыслен тот, Кто ищет жён с приданым! Благородных Ищите жён для сыновей, и в дом Лишь честный дочь отдать ты должен, если Не хочешь злой жены.

Как ложен суд толпы! Когда трофей У эллинов победный ставит войско Между врагов лежащих, то не те Прославлены, которые трудились, А вождь один себе хвалу берёт. И пусть одно из мириады копий Он потрясал и делал то, что все, Но на устах его лишь имя. Гордо И мирные цари сидят в судах — Их головы вздымаются меж граждан, Хоть и ничтожны души. Между тем Там многие умней нашлись бы, только Желанья нет да дерзости.

Нет, никого из смертных не дерзай Блаженным звать, покуда не увидишь, Как, день свершив последний, он сойдёт В немое царство мёртвых...

О Киприда, суровую душу людей И богов железную волю Ты, богиня, сгибаешь. И над чёрной землею с тобой, И над влагой солёной и звучной, Как радуга, яркий Эрот На быстрых крылах пролетает… И если он бурный полёт На чье-нибудь сердце направит, То дикое пламя мгновенно От золота крыльев Там вспыхнет любви и безумья, А чары его И в чаще, и в волнах таимых Зверей укрощают и всё, Что дышит в сиянии солнца, И люди ему Покорны. Твоя, о Киприда, Весь мир наполняет держава.

Туда я... в подземную ночь Хочу, и в могиле хочу я Без солнца лежать, потому что Ты больше меня не обнимешь, Мертва ты... Я ж тени бледнее...

О, злая лесть — на сладостной облаве Твоих сетей всегда обилен лов. Я не хочу отрадной неги слов, Пускай они мне говорят о славе...

Я от одной бы мысли умерла, Что мужа бы могла я обесчестить Или детей. Нет, никогда! Они, Свободные и гордые, на землю Священную прославленных Афин Вступая, нас не постыдятся вспомнить. Ведь самый дерзкий клонит, точно раб, К земле чело, когда при нём напомнят Клеймо отца иль матери позор.

Пускай для той проклятий будет мало Со всей земли, которая с другим Впервые обманула мужа. О, Пойти с верхов должна была зараза. Ведь если зло — игрушка знатных, разве В толпе оно не станет божеством? Проклятие и вам, чьи скромны речи, Но чьи под кровом ночи чёрной дерзки Преступные объятья... Как они Решаются, о, пеною богиня Рождённая, потом смотреть в глаза Обманутым мужьям? Как им не страшно, Что самый мрак их выдаст, что стена Заговорит, внимавшая лобзаньям?

Да, жизнь человека — лишь мука сплошная, Где цепи мы носим трудов и болезней. Но быть же не может, чтоб нечто милее, Чем путь этот скучный, за облаком тёмным Для нас не таилось. И если мерцанья Мятежного ищем душой на земле мы, Так только затем, что иной не причастны Мы жизни и глаз человека не властен Подземные тени рассеять лучами, Что лживые сказки душою играют.