Цитаты из книги Трагедии. В двух томах. Том 1

Глядеть,дитя, все ж слаще, чем лежать

И быть ничем. Ведь в жизни есть надежда...

О мать моя! Царицею заснуть
И встретить утро в рабской ризе – плата
Жестокая за прошлое… Иль бог
Какой-нибудь тебя, Гекуба, губит,
Что счастья ты познала тяжкий блеск.

Новое что-то
Близится, точно песня, полная слёз,
К сердцу, полному слёз:
Так никогда оно не дрожало
Без перерыва от ужаса, сердце моё.

Своей же позорной и низкой
Мне жизни не жалко… И нет для меня
Выхода лучше, чем смерть.

Ведь налицо беда-то. Что же тут
Поделаешь? А мудрый и в несчастье
Рассудка не теряет, говорят…

Не миновать беды мне… очень трудной
И полной слёз борьбы… Так вот зачем
Я до сих пор живу, хотя убитой
Сто раз бы быть мне, кажется. Меня
Доселе Зевс не губит, а питает,
Чтоб зрелищем горчайших бед мои
Не сытые ль ещё глаза насытить…

Ты – сильный, только сил
Не отдавай дурным страстям. Ты счастлив,
Но разве счастье вечно? Вспомни – мой ли
Завиден не был жребий? А гляди…
День, день один всё счастье отнял…

Если губы
Ещё едва смочила горечь, нам
Больнее и ярмо на шею. Право,
Счастливее и мёртвый иногда,
Чем мы, живые. Жить без славы – трудно.

Слова твои прекрасны, дочь, но горечь
В их красоте.

О Зевс! О, что скажу я? Соблюдаешь
Ты точно ль нас? Иль даром ты почтен
От нас такою славой, а поставлен
Над смертными лишь Случай?

Но если там, в остатке жизни, скрыта
Такая же постыдная судьба,
Так умереть бы поскорей…

Но сколько ж бед передо мною?
Коснись одной, – глядишь, впилась другая,
А новая к себе влечёт… Никак
Не выпустят из очереди сердца…

Если нива
С бесплодною землёй орошена
И вовремя согрета небом, может
Она родить сторицей. А другие,
И тучные порой, неурожай
Постигнет от погоды. Между смертных
Совсем не то. Порочный только злым
И может быть. А добрый – только добрым:
Несчастия не властны извратить
Природный дар. Ну, а заслуга чья же?
Родивших ли иль тех, кто воспитал?
О, воспитанье много значит. Если
Кто обучен прекрасному, того
Не увлечёт постыдное: имеет
Он образец в прекрасном.

Подумаешь, не все ль мы точно гребнем
Вздымаемся кичливо: тот – гордясь,
Что он богат, а тот – что между граждан
В почёте он. Какая суета!
Заботы эти, замыслы… пустая
Шумиха слов. Того зови блаженным,
Кому не кроет зла насущный день.

О, проклят будь зловещий твой язык!
И отдыха не знают вести горя.

Нежданный грех! Неслыханный удар!
К горю прежнему
Горе новое!
Уж не вижу дней
Пред собою я
Без горючих слёз,
Без стенаний жалких!

Почти ж меня и сжалься; как художник,
Шаг отступив, взгляни ты на меня:
Все бедствия откроются тебе.
Царицею была я – ныне стала
Твоей рабой; я матерью была
Благословенной – и бездетна ныне
На склоне лет; отчизны лишена,
Одна на свете, всех несчастней смертных…

Ведь нет для смертных уз теснее, нет
Сильнее чар, чем дань любви во мраке.

Как странно нас судьба мутит порой.
И новый долг над старым торжествует
Сознаньем крови, то являя другом
Врага, то друга делая врагом.

Увы! Увы!
Свободы нет меж смертными: один
Богатства раб, а тот – судьбы, иному
Кладёт предел толпа его сограждан,
Тем письмена законов не велят
Так поступать, как хочет их природа.