- Какая обида? - улыбнулся Лерметт в ответ. - Нет, это я как раз очень даже понимаю. Я не понимаю другого - с чего вы взяли, что мы уходим, тем более навсегда?
- К..как это? - запинаясь, вымолвил Эннеари. Лицо его побледнело так внезапно и резко, как это бывает только у эльфов. Люди бледнеют по-другому. Пожалуй, никогда еще эльфийская природа Арьена не проявляла себя так выразительно. Даже когда его сломанные кости срастались за считанные часы, его инность не была столь явственной.
- А ты на руки свои посмотри, - посоветовал Лерметт.
Эннеари обратил растерянный взгляд на свои руки, которые двигались совершенно безотчетно, как нередко случается в минуты крайнего волнения - что у людей, что у эльфов. В руках Арьен вертел какую-то веревку - по всей вероятности, обрывок пут Лерметта. Пальцы эльфа безостановочно вывязывали посольский узел - затягивали, раздергивали, затягивали вновь..
- Понял теперь? - осведомился Лерметт. - Нет? Арьен, лэн найри-и-тале! - И почему только Лерметт произнес нетерпеливое повеление "подумай хорошенько" именно по-эльфийски? - То, что ты сейчас делаешь - ведь это тоже я!
Эннеари вскинул голову. Обрывок веревки выпал из задрожавших рук.
- Это тоже я, понимаешь? - настойчиво повторил Лерметт. - Ведь ты же от меня этому научился, верно?
Арьен надломленно кивнул.
- Всякий раз, когда тебе понадобится завязать посольский узел - это я рядом с тобой, даже если меня и нет, даже если я умер, все равно это я! И когда ноги себе ломать станешь - в том или ином смысле - когда примешь на себя боль, чтобы выбраться из ловушки, это тоже я! - Лерметт говорил с лихорадочной убежденностью, быстро и горячо. - И когда надумаешь себе смастерить, как собирался, воротник с припасом и пояс с секретом - это тоже я! И когда смиришь себя прежде, чем гневаться - тоже!
Эннеари пока еще не понимал.. не совсем понимал - но лицо его осветилось жадной надеждой.
- Арьен, таэ эккейр - да как я могу умереть, пока ты жив, придурок! Куда я от тебя денусь, скажи на милость? Все, чему ты от меня научился, о чем спорил со мной, все, что мы друг другу сказали и еще скажем - ведь это я с тобой, пойми же. Уйти? Ха! Как бы не так. Мы не уходим от вас навеки - мы остаемся с вами навсегда.
Эннеари открыл было рот, но так и не смог ничего сказать. Губы его дрожали.
- Когда я умру, я просто останусь с тобой навсегда, только и всего, - тихо промолвил Лерметт. - И уже никуда не уйду. Ты всегда сможешь поговорить со мной - и тебе больше не придется меня искать или ждать. Я ведь буду рядом. А что ты моего ответа не услышишь - так всегда ли меня слышно теперь, пока я жив? Хотя.. а кто сказал, что не услышишь? Я буду с тобой и в тебе, навсегда, насовсем.. ты только прислушайся к самому себе повнимательней - разве я тебе не отвечу?
30 понравилось
