Отзывы о книге Ремесло

• 

  Oksananrk

  26 июня 2020

  В друзья

  Ремесло Сергей Довлатов

  Прочитала еще одну книгу Довлатова. Понравилась. Книга на 100 процентов автобиографическая - описывает становления писателя, его мытарства, критика и запрет в СССР. А также работа в США - в издании "Новый Американец", поиск и осознания себя. Довлатов поднимаем очень трудный вопрос "запрещенного гения", как много авторов, которым отказано в издательстве в СССР по политическом причинам, оказавшись в Европе и США, оказываются не гениями, а "хорошими середнячками". Это может сильно ранить и оказывается, что свобода это еще не все! Весь давая свободу всему хорошему и светлому - вместе с тем демократия дает свобода и всему плохому и темному. Добро и зло в равных правах. Очень хорошим приятным открытием из книги, стало то,что к середине 80-х годов Довлатов добился огромного читательского успеха. Журнал «New Yorker» предложил советскому эмигранту сотрудничество — до этого единственным русским писателем, печатавшемся в престижном издании, был Набоков. Вместе с тем, было и 2 очень печальных для меня открытия, первое то что автор страдал алкоголизмом долгие годы (что трудно не заметить читая его книги). И второе, книга "Ремесло" завершается очень воодушевленной речью автора, полной надежд и планов. Дата -1984 год. Сергей Довлатов ушел из жизни в 1990, в возрасте 48 лет. Это большая потеря и трагедия. Перед смертью он страдал депрессией и практически все его книги были посвящены родине - в которой он так и не побывал после эмиграции, падение которой он так и не увидел (распад СССР)...

  Березы, оказывается, растут повсюду. Но разве от этого легче?

  — Матерей не выбирают. Это моя единственная родина. Я люблю Америку, восхищаюсь Америкой, благодарен Америке, но родина моя далеко. Нищая, голодная, безумная и спившаяся! Потерявшая, загубившая и отвергнувшая лучших сыновей! Где уж ей быть доброй, веселой и ласковой?!..

  Читать далее

  Содержит спойлерыОткрыть

  101 понравилось

  8

  2K
• 

  varvarra

  14 мая 2018

  В друзья

  К сожалению, наша жизнь пишется без черновиков ©

  Не бывать тебе американцем. И не уйти от своего прошлого. Это кажется, что тебя окружают небоскребы. Тебя окружает прошлое. (из письма Довлатову)

  Бывает такое чувство, когда читая произведения некоего писателя N, вдруг понимаешь, что делишь эмоции вместе с ним: расстраиваешься, злишься, разочаровываешься или радуешься... Как будто находишься с ним в одном теле. Засмеёшься над смешным, а сам смех - грустный, потому что знаешь: он грустит. Потом почувствуешь его неловкость, хоть читаешь совсем о другом. Когда за текстом видишь что-то большее, чем просто информацию о том или ином событии. Для себя я это назвала: находиться на одной волне с автором. Последние несколько дней я находилась на одной волне с Сергеем Довлатовым. Читая "Ремесло", небольшое автобиографическое произведение, понимала, что писатель старается быть честным и перед собой, и перед читателем. А это не так просто, в книге много фамилий, за каждой из которых - человек, не выдуманный, живой, а возможно, до сих пор живущий. И вольно или невольно каждый смотрит на них глазами автора. Иногда пристально всматривается: как я в случае с Бродским - моим любимым поэтом. И Довлатов здорово о нём сказал:

  Бродский создал неслыханную модель поведения. Он жил не в пролетарском государстве, а в монастыре собственного духа. Он не боролся с режимом. Он его не замечал. И даже нетвердо знал о его существовании.

  Настоящее произведение состоит из двух частей, двух периодов: советского и американского. О первом знала достаточно много, так как во всех своих рассказах автор обязательно делится личным. Иногда это просто мнения, переживания, впечатления, но часто факты из жизни. Служба в армии надзирателем на зоне вылилась в серию тюремных рассказов. Стимулом написания "Зоны" послужила экзотичность пережитого материала, взгляд Довлатова отличался, так как он увидел тюрьму через решётку, но с другой стороны:

  Полицейские и воры чрезвычайно напоминают друг друга. Заключенные особого режима и лагерные надзиратели безумно похожи. Язык, образ мыслей, фольклор, эстетические каноны, нравственные установки. Таков результат обоюдного влияния. По обе стороны колючей проволоки – единый и жестокий мир. Это я и попытался выразить.

  Многочисленные попытки издания этих пережитых лично, прочувствованных рассказов, и такие же многочисленные отказы, послужили первым несмелым толчком к мысли, что жить в Советском Союзе счастливо никак не получится. Ведь одной из обязательных составляющих этого сложного чувства является возможность реализовать себя, возможность заниматься любимым делом. Публиковаться литератору в те времена было непросто и часто приходилось идти на сделку с собственной совестью. Автор приводит в книге разговор с Граниным, который посоветовал проникнуть в "щель между совестью и подлостью". И Довлатов однажды соглашается на такую сделку, пишет рассказ «По заданию» – "два авторских листа тошнотворной елейной халтуры". Зарабатывает хорошие деньги и стыдится этого творческого успеха всю оставшуюся жизнь. В те времена каждый писатель выбирал свой путь: кто-то спивался, кто-то халтурил, кто-то уезжал...

  Об американском периоде Довлатова знала мало. Это были сведения из "...Последней книги..." : воспоминания современников, критические статьи, рецензии из американской прессы... Сергей рассказывает о попытках устроиться на новом месте в стране, которая так и не стала для него ни символом свободы, ни родным домом. Объединившись с такими же литераторами, без знания страны и языка, без средств и связей, группа растерянных людей пытается создать свою газету. Именно этот, газетный период, описан во второй части книги. Параллельно с неуспехами "Зеркала", автора ждут и первые публикации его рассказов в журнале "Ньюйоркер", его первые успехи.

  Позже мы убедимся, что Америка – не рай. И это будет нашим главным открытием.

  В конце дата: 1984.

  Через шесть лет Сергея Довлатова не стало. Но хочется повторить слова Петра Вайля из его записок "Без Довлатова"

  С его появлением день получал катализатор: язвительность, злословие, остроумие, едкость, веселье, хулу, похвалу. Довлатов был живой, чего не скажешь о большинстве из нас.

  Читать далее

  75 понравилось

  6

  3,3K
• 

  ulyatanya

  15 апреля 2011

  В друзья

  Всё-таки, хорошая автобиография лучше хорошей биографии. В ней об авторе рассказывается не только то, что написано, но и то, как написано. «Ремесло» - именно такая книга, написанная по-особому, по-довлатовски. Где из деталей почти незаметно складывается целое. Где перемешаны и нераздельны Россия и Америка, грусть и весёлость, важное и пустяки. Хорошее введение в Довлатова.

  Само "Ремесло" - начальный учебник журналистики времен политической цензуры и идеологических ограничений. Довлатов ярко и с большим юмором (часто по отношению к самому себе) описывает свои приключения в мире журналистики, когда у тебя, как у автора, есть совесть и желание объективно подать информацию для читателей, что является основной обязанностью квалифицированного журналиста. А у администраторов от журналистики совершенно другие критерии оценки информации. Запудривание мозгов читателей, отвлечение их от истинных проблем дикого общества, называющего себя социалистическим - вот основная цель журналистики эпохи развитого социализма, и многие хорошие журналисты именно в этот период всеми правдами и неправдами оказывались за рубежами нашей страны. Мы в это время потеряли множество талантливейших литераторов и журналистов, в их числе, к огромному сожалению, оказался и Сергей Довлатов.

  Читать далее

  53 понравилось

  5

  289
• 

  ilarria

  1 ноября 2018

  В друзья

  Непоцелованный Платоновым

  Читая очередную книгу Довлатова, не перестаю удивляться тому, почему он был не вхож в литературный бомонд советского периода истории. Да, он особенный. Он грустно смеется над тем, что видит, при эти усмехается и над самим собой. Краткий, но при этом емкий, сатиричен, но не озлоблен, верен себе и не предает свои принципы. По-моему, он генетически умудрен. В сборнике две автобиографические повести, разделенные хронологически, благодаря которым можно сравнить жизнь писателя на двух разных континентов. Было очень познавательно читать его наблюдения о жизни в СССР до эмиграции и побывать его глазами в Америке. Получила огромное удовольствие и по возможности почитаю ещё Сергея Донатовича.

  Читать далее

  46 понравилось

  0

  1,2K
• 

  nad1204

  26 марта 2018

  В друзья

  Люблю я Довлатова! Хотя этот сборник — не самое лучшее, что было написано им. И тем не менее, хороший юмор, сочный язык, профессиональные байки и потрясающая самоирония подарят вам хорошее настроение. За это готова поручиться. "Ремесло" — автобиографичная книга. Не знаю сколько там правды, а какая доля вымысла, но звучит буквально всё реалистично. Довлатова стоит читать уже только для того, чтобы лучше понять ту эпоху, проникнуться духом творческой интеллигенции, попытаться понять многих недовольных и тихо бунтующих (ну, как могли, так и бунтовали!). А я его читаю ещё и из-за своей любви к этому красивому мужчине и талантливому писателю. За положительные эмоции и такую искрометную подачу. Браво!

  Читать далее

  46 понравилось

  0

  1K
• 

  dream_of_super-hero

  9 ноября 2009

  В друзья

  Очень легко читается, оставляя особое послевкусие, когда о многом хочется подумать многое переосмыслить. Как практически все книги, "Ремесло" автобиографично. И это подкупает. В любом случае интересно подглядывать за чьей-то жизнью со стороны, чужое всегда интереснее своего. Тем более, когда своя жизнь преподносится с той же долей иронии, как это делает Довлатов. Начало впечатляет, безусловно, когда автор называет себя писателем-неудачником. В общем-то распространённый приём, этакое литературное кокетство, а ну-ка докажите, что я гений, но в данном случае, фраза не вызывает неприятных ощущений, как-то искренне всё это, что ли. И любовь к своему делу, желание писать несмотря ни на что, даже если не будут печатать. Это достойно уважения. И потом, как мне кажется, Довлатов был ужасно харизматичным мужчиной. Этакий герой того времени с тёмным прошлым, выпивкой, любовными историями и всеми прочими атрибутами брутального мачо. И я понимаю тех женщин, которые его любили. Как не полюбить-то? Тем более, что женщины, как известно, любят ушами. А он Мастер этого жанра.

  Читать далее

  46 понравилось

  0

  169
• 

  Roni

  19 июня 2018

  В друзья

  Копья афоризмов

  Старуха эмигрантка в рыбном магазине: "Я догадывалась, что здесь говорят по-английски. Но кто же мог знать, что до такой степени?"

  Хотела уже писать, что Довлатов отменно хорош только в анекдотах, мелких отрывках ("Соло на ундервуде"), но тут началась вторая часть "Ремесла" и положила меня на обе лопатки. Эта сухая поджарая мужская проза с острыми копьями афоризмов. Великолепно! Но пусть название не обманывает вас. "Ремесло" - это вовсе не о том, как писать. В первой части Довлатов рассказывает о жизни в Таллине, работе в газете, попытке издать книгу. Во второй - об эмиграции в Америку, жизни в Нью-Йорке, работе в газете, попытках издать книгу. Цитаты, конечно, блестяще точны.

  "К этому меня приучили в стране , где хамство является нормой. Где за вежливым обращением чудится подвох. Где душевная мягкость воспринимается как слабоумие."

  "Без труда и усилий далась Ленинграду осанка столицы. Вода и камень определили его горизонтальную помпезную стилистику. Благородство здесь так же обычно, как нездоровый цвет лица, долги и вечная самоирония."

  "Мы поняли одну чрезвычайно существенную вещь. Советские лидеры - не инопланетяне. Не космические пришельцы. А советская власть - не татаро-монгольское иго. Она живет в каждом из нас. В наших привычках и склонностях. В наших пристрастиях и антипатиях. В нашем сознании и в нашей душе. Советская власть - это мы."

  "Когда-то Иосифа Бродского спросили:

  • Над чем работаете?

  Поэт ответил:

  • Над собой..."

"Знайте, что Америка - не рай. Оказывается, здесь есть всё - дурное и хорошее. Потому что у свободы нет идеологии. Свобода в одинаковой мере благоприятствует хорошему и дурному. Свобода - как луна, безучастно освещающая дорогу и хищнику и жертве."

"Только пошляки боятся середины. Чаще всего именно на этой территории происходит самое интересное..."

Я прерываюсь с огромным усилием - цитировала бы себе и цитировала дальше.