Варлам Шаламов. Избранное

Ещё один сборник историй о жизни в ГУЛАГе, идеально подходящий для завершения знакомства с Шаламовым, поскольку, будучи написанным так же технично, как и другие произведения автора, имеет одно принципиальное от них отличие. "Артист лопаты" на контрасте с очень ядовитыми "Очерками преступного мира" и крайне нигилистическими "Колымскими рассказами" структурно построен по совершенно другому принципу, целью которого видится не лишить, а дать читающему надежду на то, что сохранить себя можно в самых страшных условиях. Местные лагерные зарисовки не приходят, а начинаются в точке дна и разложения личности, но постепенно эмоционально и тонально начинают двигаться вверх. Среди деградации появляются человеческие поступки, крошечные победы человека над людоедской системой и даже специфический арестантский юмор, приводя к финалу, в котором герой, несмотря на все преграды, возвращается таки домой, дающему ощущение торжества и эффект сильнее, чем одно только нескончаемое перечисление людских страданий.

Третья часть Колымской эпопеи. Не то, чтобы рассказы стали плохи и слабы, но читать подряд (!) три сборника "Колымский рассказов" тяжело, даже если не всегда описываются ужасы, непосильная работа и голод, но сам стиль автора очень суров, лаконичен и скуп. Хотела бы отметить несколько наиболее запомнившихся рассказов:

• Надгробное слово - которое так никто и не произнес над могилами павших товарищей. Шаламов отдает дань памяти всем тем, кто остался там
• Крест - сжатая биография родительской семьи Шаламова, итого жизни его родителей, которые оказались в страшной нищете

• Погоня за паровозным дымом и Поезд - можно было бы соединить в один, т.к. Шаламов пишет о своем возвращении на "большую землю", о его непростом пути после окончания срока, о том, как сложно ему удалось выбраться с Колымы .

Читала книгу уже в третий раз: впервые познакомилась с автором еще в школе, во второй раз читала уже учась в университете, и с тех пор прошло уже много лет. От первых двух чтений книги я была и в ужасе и в восторге. Это было такое большое "ОГО!" Книжка уже порядком истрепалась и я решила ее перечитать, и, если опять она мне так же понравится, как и в первые два раза, заменить на более свежее издание. И это была первая ошибка. Надо было не перечитывать, а покупать сразу, и повторно знакомиться с автором все же с других рассказов, с тех, которые никогда не читала. Вторая ошибка: параллельно с книгой я начала смотреть сериал о Варламе Шаламове "Завещание Ленина", и смотрелся он довольно неплохо до определенного времени, когда меня резко накрыло. Нет, я не проронила ни одной слезинки, плакать тут не над чем. Моя реакция была более странная: я пошла на кухню и съела тарелку пустой толченой картошки, а когда ела, пыталась распробовать ее вкус, запах, температуру, ощутить на языке крупинки и почувствовать, как каждый глоток еды проходит по пищеводу, и как в желудке появляется чувство сытости. Я давно не получала такого удовольствия от еды. А потом еще долго продолжала сидеть в полной тишине в попытке осознать: как же возможно остаться человеком, когда тебе все время хочется есть, когда тебе всегда холодно, когда ты абсолютно обессиленный от постоянных каторжных работ, когда тебе всегда страшно, потому что вокруг нет людей, это такие же как и ты обессиленные голодные создания, теряющие остатки человеческого облика. Шаламов говорит, что тело можно запереть на замок, но дух - невозможно, но не из-за того что он свободен, а потому что он умирает задолго до того, как умрет тело.

Не знаю, буду ли я опять перечитывать именно эту книгу, но и покупку нового издания я пока отложу. Слишком тяжело мне далась "Шоковая терапия". Помимо того, что нам, современным людям необходимо знать историю страны, этот позорный пласт в жизни своего народа, нам иногда необходимо читать такие книги, чтобы ценить сегодняшний день. Меня бесят люди, которые обсирают правительство и местные власти, здравоохранение и коммунальные службы, молодежь и своих соседей. Блин, люди! У нас есть кров и пища и, главное, мы свободны! А что такое свобода, можно опять-таки узнать у Шаламова. "- Между двумя людьми колючая проволока. Кто из них на свободе?

• Тот кто сыт, - сказал заключенный, который сдаст товарищей за еду.
• Вот ты сейчас сыт, а все равно не свободен."