"Решили как-то двуединый Зорич, двуединый Олди, Кен Фоллет вызвать дух Рабле, заодно Хейзингу, Фаулза, Эко и Бахтина прихватили"....

Это плохая шутка, которой здесь не место, но вставить её больше некуда. Да и передать ощущения от текста точнее было бы сложно, сложнее только передать странный, ровно пламенеющий восторг.

Но почему бы не попробовать?

Представьте, что вас усаживают за стол, заставленный вашими любимыми блюдами, но каждый из них приготовлен по неприятному для вас рецепту. Но есть невероятно важная причина, по которой нужно сидеть и есть? Первая ложка вызывает отторжение, вы же это не любите! Вторая идёт легче, можно уговорить себя потерпеть. К пятой вы с удивлением заметите, что доели первое и уже готовы двинуться дальше. Здесь вы остановитесь, взвесите все за и за, чтобы смести остатки еды, жалея о завершении пира.

В случае с "Карлом" пира духа. Нет, книга местами неприятная, нарочито резкая, издевающаяся над читателем. Изумительно атмосферная, умело встроенная, передающая связь эпох и времен, сохранающая ощущение вечности. Что для этого потребовалось? Не так много. Взять трагичную историю Средних веков, досыпать современных словечек, отсылок к философии, массовой культуре, технологическим новинкам заставить язык передавать ровно то, что задумано. А дальше останется лишь плести сюжет, заставляя читателя по десять раз менять отношение к главному герою и его окружению.

Это история о Карле, рожденном вопреки закону природы, по воле его матери. История о мертвых живых, жаждущие своего ребёнка, о запретное любви, вассальной верности и настоящей дружбе, которой, не место в большой политике. О противостоянии Франции и Бургундии, которая сама знает где её место, об алмазных зайцах, чёрных петухах, реликвиях, пророчествах, проклятьях и о тяжёлой жизни глав государств.

И как же авторы чувствуют когда надо заканчивать сцены и тома.

Порой выбор книг становится сложной задачей. Но иногда приходится жевать кактус. Честно говоря, я изначально расчитывала на простое и легкое чтиво.. А получила что-то запутанное, тяжело воспринимающееся. Это своеобразная книга-лабиринт, которая требует внимания и терпения. Порой автор в своих рассуждениях заходит в такие дебри, что голова начинает болеть. Большим минусом для меня стал не только стиль изложения, но и наслоение слов. Тут такая мешанина из литературного языка, различных жаргонизмов, выдуманных слов... Из-за этого получается некий поток слов, читать который - то еще испытание

Ты уже уходишь? Не уходи, а? Проси, не проси. И не скажешь, что вот, мог бы мой герцог и выжить. Не скажешь, потому что жизнь моего герцога была написана маслом, а не напшикана баллончиком с краской, она не под трафарет. Поэтому другой трафарет не приложишь, то есть, если погиб – значит всё, значит реквием, ломать руки, глагол «плакать» доходчиво спрягается. Моего солярного герцога больше не будет, и это теперь осязаемо, это чувствуется, особенно пятого января, если этот день приходится на воскресенье. И для предательства в мире нет более таких кандидатур. И мое вожделение осиротело летит паутинкой. Можно ненароком не узнать себя в зеркале, такое растерянное лицо. Между тем, это очень распространенное имя – Карл.

Найти смысл в этой горе слов, эмоций, мыслей можно. Но надо готовиться к этому заранее... Прочитать быстро эту книгу не получится. Тут множество неплохих метафор, видных даже не специалисту. Неплохо поиграл автор и с историей. Получилось вполне достоверно, хотя недостоверность многих фактов видна сразу (история Жанны д"Арк). А если углубиться, то наверняка, найдется еще больше псевдоисторических фактов, выдуманных автором для развития сюжета. Не уверена, что буду когда-нибудь готова к более подробному знакомству с этой книгой. В планах на перечитывание ее точно нет. А вот стиль автора стоит взять на заметку. Под въедливое настроение очень даже может зайти.

Про Карла-герцога

Как менялось мое мнение:

Этап 1) Чудовищный, чудовищный слог. Мои глаза кровоточат. Руки борятся с искушением отбросить к чертям книжку. Я плачу, скрежещу зубами, шлю автору проклятия за его вычурность и скачущее время, за сленг к месту и не к месту и анахронизмы. Продолжаю читать, морщась и страдая, потому что сюжет, сука, интересный. И там есть два голема. И есть откровенно удачные места. Но мой мозг изнасилован.

Этап 2) Авторов, кстати, два - мужчина и женщина. Кто из них повинен в мозговредительстве читателя - неясно. Разыгранное фаблио напоминает современные исторические реконструкции, только ярче, живее, настоящее. Завязывается интрига - натурально, детектив - есть труп, но нет убийцы. Есть тевтонские дознаватели)) Вообще, попривыкнув, читать интересно, но спотыкаешься обо все эти амрэ, полимпсесты и апофатики. Глоссарий к моим услугам, две закладки. Ну не настолько я образован/эрудирован, чтобы гладко шло.

Этап 3) А, я понял. Первые тридцать страниц были испытанием на прочность. Кто выжил и не сошел с ума (не выбросил книжку в помойку - есть и такие пострадавшие) - обрел истинное наслаждение в дальнейшем тексте. Продравшегося сквозь зубодробительные конструкции гранадской главы читателя ждет награда в ироничном описании современным языком отвязного и совсем не академически-скучного средневековья (позднего, но все же дремучего). Оказаться в Бургундском герцогстве и не потерять кости, посмотреть на историю глазами очевидца и не вывернуть шею - вот наша задача. В общем, оказалось, я достаточно подготовлен, чтобы получать удовольствие от аллюзий, намеков и игры словами и персонажами.

Этап 4) Что могу сказать - настолько метафоричного и живого языка я, пожалуй, еще (или давно) не встречал. Теперь любая другая книга будет казаться немного пресной по сравнению. Сюжет оказался весьма изящно закольцован, мистика вписалась как родная в историческую канву (слегка подправленную в угоду сюжету, как подсказывает вики), любовь и кровь поданы в равных пропорциях - взболтать, не смешивать.

Восторг.