Никто меня не любил, а я и рада; так сердце моё не тратилось понапрасну и билось для одного лишь мастера Джорджи.
Не жена и не сестра, не любовница и не любимая. Но более преданной, чистой, всеотдающей, безусловной и бескорыстной любви человеческой не было у Джорджа и никогда не будет. Невозмутимо, смиренно покорившись судьбе принимала как дар Миртл своё чувство. «Всю мою жизнь, всю жизнь, я думала, я буду рядом с тобой; тут-то я и сморгнула, потому что от величия этой мысли мне на глаза навернулись слёзы». Как говорится, и коня на скаку, и в горящую избу. И в странной, нелепой смерти Джорджиева отца; и на уродливой и бессмысленной войне, средь разбитых дорог и в покосившейся палатке полевого госпиталя, среди стонущих раненых и навеки умолкнувших мёртвых; и в собственной его смерти была Миртл рядом. С ним же и осталась:
- Джордж убит. Сзади, на бровке, я видел Миртл, она широко раскинула руки и кружила, кружила, как птица над разорённым гнездом.
Неоднозначная книга. Две почти самостоятельные темы – любовь-верность-преданность и Крымская война. И случай, или судьба, волею которых четыре человека соединили всё в одну историю. «…что важней, судьба или случай. Слишком много тут разных «если бы». А быть может, случай с судьбою взаимосвязаны и последняя не могла бы исполниться, не вмешайся первый». Вся история раскрыта в шести частях, на шести фотопластинах, у каждой - свой фотограф-рассказчик. И вот в один момент словил я себя на удивлении - как же по-разному можно рассказать войну. Пропуская сквозь себя, растворясь и ужасаясь, как простой ушлый мальчишка-фотограф. Или отстранённо, словно не война это и вовсе, а так, декорации в театре собственной жизни, как трусоватый интеллигент учёный. А меж тем картины-то одни, обыденные для любой войны, страшные и, что особенно бьёт, бессмысленные.
Я не знал, какое такое дело отстаиваю и почему так нужно убивать…
Офицер на коне приказал […] защитить полковое знамя. Я сам себя спрашивал, какая такая нужда поспешать на выручку к рваному куску шёлка, но всё сделал как велено. Я стал цирковой зверушкой, я и через обруч бы прыгнул, если прикажут.
Картинки одни, да глаза и души разные.
P.S. Вот и собственные мои мысли оказались разорванными, отдельно живущими, сродни книге.
-------------- P.P.S. Роман, оказывается, букеровский финалист 1998 года. И до него в шорт-листах побывало еще 4 книги Берил Бейнбридж, автора 20 романов и сборников рассказов. Несколько её произведений экранизированы, сама же писательница по мнению газеты The Times входит в число 50 выдающихся британских писателей второй половины ХХ века, а также награждена рыцарским орденом Британской империи как Дама-Командор.
50 понравилось
