Цитаты из книги Ярость

Находясь в неприглядном настоящем, попробуйте выжать из себя немножечко не переваренного прошлого и сделайте вывод о том, что смотрится лучше.

Избыток серого вещества вызывает у окружающих лёгкую неприязнь.

К сожалению, все девушки когда-нибудь перестают бегать на танцы, резвиться на лужайках и целовать мальчиков в кустах. И становятся солиднее. Вчерашняя кукла Барби превращается в почтенную мать семейства.

— Неприятно, когда твоя мать — пьяная сука. Это и правда отвратительно, Тед.

Ванная комната должна быть чем-то вроде исповедальни. Но они выслеживают вас. Они всегда ставят вас в тупик. Вы не можете высморкаться, чтобы об этом не узнали окружающие.

Мораль проста: выблёвывайте прошлое, когда жить настоящим становится совсем уж невмоготу.

Уходя, вы бросаете взгляд на горящий мост, который подожгли собственными руками.

Вечеринка была в самом разгаре, а я был лишним на этом празднике. Чем-то вроде мебели. Мне казалось, что это будет продолжаться вечно. За окном будут идти дни и годы, постареют и умрут родители, обратятся в руины дома, а я так и буду стоять здесь у стенки, как идиот.

Терпеть не могу заварной крем, а они думают, я люблю его. Значит, у меня опять появился секрет. Приятно все же, когда есть своя маленькая тайна.

Вглядись в мои сны, Зигмунд, обрызгай их спермой символов. Покажи, насколько мы все отличаемся друг от друга.

Это были действительно хорошие времена. Моё прошлое, которому я обязан наилучшими воспоминаниями. Примерно тогда я и начал сходить с ума.

Я не знал, что буду делать, если она подойдёт и пригласит меня на танец, и сильно переживал по этому поводу. А ко да она не подошла, это затронуло меня ещё сильнее. Нет, я вовсе не хотел сейчас танцевать, но такое пренебрежение ранило самолюбие.

Приз за честность всегда самый почётный.

Эти слова отдавались эхом в моей голове, как камни, брошенные в колодец. Слова- акулы, слова- челюсти, намеревающиеся меня сожрать. Слова с зубами и глазами.

Иногда, знаете ли, приятно представить себя таким вот Бахманом, отшельником а-ля Джером Дейвид Сэлинджер, который никогда не давал интервью, а в вопроснике, присланном лондонским издательством «Новая английская библиотека», в графе «религия» написал «петушиный поклонник».

Я всего лишь хочу вам сказать, что американские детишки растут среди огромной жизни, составленной целиком из насилия, вполне реального и достоверного.

И эта фатальность, она не только вокруг вас. Она и внутри вас, прямо сейчас, растёт и развивается в темноте, подобно волшебным грибам.

О'кей. Я действительно не собираюсь делать глупости. Мы просто будем сидеть здесь и говорить начистоту. Вытряхивая грязь из своих душ.