1.Фантазия у парня слишком... «Дело трезвых скоморохов»
Tarvalon27 июля 20241.Фантазия у парня слишком буйная, такую без смирительной рубашки на люди выпускать не рекомендуется. (Никита Ивашов о Митьке Лобове) 2. – А что будет-то? – Так я тебе и сказал. – Да небось я и без тебя знаю! Баб без одёжи покажут, медведя в красном платье, а ещё как цыган шило ест… И козу говорящую! Вона она у колышка-то за шею привязана, поди, чтоб не сболтнула чего… (…) – Слышь, а участковый-то что здесь рыщет? – По делу, поди… – Нешто заарестовывать кого? – А то! Баб твоих без одёжи, медведя за платье не по фасону, цыгана, чтоб не жрал что ни попадя, ну и козу, знамо дело, что ж ей болтать-то позволит?! (Лукошкинцы перед началом циркового представления) 3. – Я ж тебе русским языком говорю: томление у меня в душе образовалось…Хочу чего-то, а вот чего хочу – не ведаю… Шамаханы б напали, что ль?! Или самому на кого войной пойти? – Говорят, вязание очень успокаивает… (Царь Горох и Никита Ивашов) 4. Передо мной легла толстенная стопка доносов, жалоб и заявлений на милицейский произвол. Из более чем семидесяти бумаг две были написаны не дьяком Филимоном. 5. – Ты ужо, как наготу прикроешь, вниз спускайся, ткачи Брусникины тебя там ждут, дочь у них пропала. Двенадцатая, средненькая… (Яга – Никите) 6. – Ты уж в вопросах чести девичьей меня слушай, а не Митеньку. Чай, я больше разбираюсь, сама девицей была… – В каком веке? (Яна и Никита) 7. Утро начиналось просто замечательно – аппетит пропал разом. 8. – Якобы за просто так у нас не арестовывают… – Нет, конечно. Ну, иногда… бывает… в крайних случаях, но потом мы всегда извиняемся! (Яга и Никита) 9. – Фома, будь другом, пообщайся тут с местной адвокатурой. Только по голове сильно не бей– парик помнёшь, он нас по судам затаскает. (Никита Ивашов – Фоме Еремееву, о дьяке Филимоне) 10. – Душа-то у него нежная, всяк прохожий плюнуть норовит! – Не преувеличивайте, самоубийц у нас мало… (Яга и Никита Ивашов) 11. – Пойду утоплюсь в колодце, пока вода студеная!.. В тёплой уже трагедь не та… (Яга) 12. – Не молчи, сыскной воевода, ты честных граждан охранять должон, так заарестуй преступников! – Ну могу, презумпция невиновности. Пока они вас не бьют, состава преступления в их действиях не отмечается. – А когда ж… – Вот когда побьют, тогда и приходите… (Дьяк Филимон Груздев и Никита Ивашов) 13. Яга бы живо навела тут армейский порядок, временами мне кажется, что в ней умер великий прапорщик. 14. А тока на то мы и милиция, чтоб в городе нашем девки не пропадали. (Яга) 15. Здесь, в Лукошкине, всё лечится баней. 16. Если отбросить в сторону незначительные повышения голоса друг на друга, одно превращение в веник и разбитую котом чашку (при попытке под шумок углубиться в кринку сметаны…), в целом штурм прошёл успешно. (О мозговом штурме силами лукошкинского отделения милиции) 17. – Зольдатен унд офицерен! Пока фаш царь, моу муж, ошень есть занят, я – фам мать и отец! Но больше-больше мать! Ви есть мои киндер… Кто сметь сказать, что я не есть фаш мать?! Виходить перед сюда и строиться шнелле-шнелле, я сама их отшлёпать по-матерински… нежно… чем-нибудь тяжёлим! (Царица Лидия Адольфина) 18. – Тута из всей справы воинской утюг да ухват, заслонка от печи, ну и кочерга ржавая. Вот разве чугунок большой вам на голову надеть взаместо шлема… А что? Нам ваша светлая головушка всего дороже, не ровён час огребёте тяжёлым – дык кому нужна стукнутая милиция?! (Митька Лобов – Никите Ивашову) 19. Митька справился с заданием. Говорю об этом без лишней помпы, хотя должен признать, что далось ему это нелегко. В смысле, трудности были, но он их не усугубил, что знаменательно. 20. – Граждане бандиты! Приказываю вам выложить оружие и сдаться правоохранительным органам. (Никита Ивашов) 21. – Значит, первая задача – найти необходимое зелье, убедиться, что оно именно то, и переправив его в Лукошкино… – Детям – по одной ложке, мужикам и бабам – по две! Время недолгое животами помучатся, да уж потом и здоровёхоньки станут. – Бабушка, а не потравим никого? – Пошто специалисту своего же отдела экспертного не доверяешь?! – не обидевшись, отмахнулась Яга. – Ну ежели и помрёт один-другой, дак прочие-то точно излечутся! Не забивай мне голову глупостями, там видно будет… (Никита Ивашов и Яга) 22. – Я ить, ежели для дела надо, хоть два часа голодать готов. (Митька Лобов) 23. – Фу, фу, фу! Русским духом пахнет! – А чего сразу я?! – неискренне возмутился Митька, ёжась под нашими упрекающими взглядами. – Энтому козлу безносому причудилось невесть что, а на меня поклёп. Да я, может, и не виноват вовсе, я, может, до дому терплю… – Успокойся Митя. Гражданин Бессмертный не имел в виду ничего плохого, это просто стандартная форма начала диалога. Ничего личного. – А-а-а, ну пущай тады продолжает. Продолжайте, злодей-батюшка! (Кощей Бессмертный, Митька Лобов и Никита Ивашов)
58
