Я думаю о счастье.
Многие начинали свои книги с размышления о счастье. Однако даже самые мудрые из них могли не угадать того, что в душе у нас с вами.
Обломов, окунувшись в дремотную негу, чередуя сон и трапезу, считал себя счастливым. Может быть, и Бруно, охваченный пламенем костра на площади Цветов в Риме, почувствовал, что его душа полна счастья... Каждый сын эпохи жил своими страстями и помыслами, своим представлением о счастье.
Признаюсь, прожив изрядную толику лет, я всерьез о счастье не задумывался. Сегодня, умываясь, заглянул в зеркало совершенно машинально и вдруг заметил в своем отражении мрачные приметы... Ну вот, прожито порядком, а счастье, счастье-то изведал? Думал я и решил, что не так-то легко ответить на этот, казалось бы, простой вопрос. Захотелось посоветоваться с вами, пригласить вас к неторопливым раздумьям... Может быть, и у вас виски тронуты сединою и вы, естественно, чаще думаете о былом, чем о грядущем, А если вы молоды, то еще лучше: каждое поколение, вступающее в жизнь, бесконечно волнует извечная проблема — как жить.
Прочтите же эти тетради, их всего три. Прошагайте сквозь время, поразмышляйте вместе со мной. Не пугайтесь — это не мемуары. Это попросту книга судьбы и раздумий. Иногда пространная, иногда отрывочная, а кое-где, вероятно, и сбивчивая повесть трех времен. Конечно, не прикасайтесь к исповеди со скуки. "Если ты холоден сердцем, то не вороши мой дастан",— сказал Машраб.
Но известно, если не ворошить угли, они погаснут под пеплом.
Я думаю о счастье.
Многие начинали свои книги с размышления о счастье. Однако даже самые мудрые из них могли не угадать того, что в душе у нас с вами.
Обломов, окунувшись в…
